Только добрые глаза и каштановые волосы и умаляли ее сходство с сестрой. Ну похожи и похожи, какая, казалось бы, разница, но Гарри было стыдно признать даже внешнее тождество с полубезумной садисткой, и сейчас юноша, неловко пробормотав: «Это вам и Тедди», чуть не впихнул в руки улыбнувшейся Андромеде гостинцы и упакованный куст, немедленно расцветший, стоило женщине его коснуться.
- Спасибо, дорогой, - хозяйка дома ласково смотрела на смешавшегося парня, и пауза затягивалась, и длилась, как показалось Гарри, бесконечно. Он словно вечность осматривал аккуратную и ухоженную гостиную, напичканную мастерски наложенными Бытовыми чарами (уж теперь-то, спасибо профессору Оничану, он легко угадывал их в помещении), как вдруг… Гарри даже присел от пронзительного восторженного визга.
И сразу же неловкость испарилась, Андромеда, охнув, еле успела подхватить малыша с ярко-лиловыми волосенками, тут же сменившими цвет на такой же яркий зеленый. Малыш вертелся в ее руках, заливаясь счастливым смехом, дергал ножками и немедленно сцапал Гарри за мантию, неожиданно крепкой хваткой потянув к себе.
- Откуда ты взялся? – улыбаясь жизнерадостному малышу, вцепившемуся ему ручонкой в воротник, поинтересовался Гарри. Младенец жестом человека, уверенного в том, что его желание немедленно исполнится, протянул обе ручки парню «бери, дескать, я готов», и Гарри, подчиняясь настойчивому обаянию ребенка, осторожно подхватил девятимесячного крестника.
- Непоседа, - смеясь, проговорила Андромеда, стараясь разжать кулачок, в который малыш забрал волосы крестного и уже тянул прядь в рот, - домовик не успевает за моим прытким внуком!
Домовой эльф, только сейчас замеченный Гарри, виновато опустил уши и пропищал:
- Мастер Тедди хотел поиграть внизу…
- Да-да, а пять минут назад на четвереньках очень шустро взобрался по лестнице на второй этаж.
- А он умеет говорить? – Поттер, как и многие парни, далекие от младенцев, весьма смутно представлял себе в каком возрасте и что ребятишки умеют, а потому глупости вопроса не понял.
Андромеда, ласково усмехнувшись, покачала головой:
- Ну что ты, Гарри, он только-только слоги произносить выучился. Да проходи же, присаживайся.
Гарри, аккуратно держа в руках вертлявого малыша, устроился на краешке кресла, мимоходом отметив сменившийся цвет волос. Теперь тонкие прядки были желтые и потихоньку краснели.
- Он еще без опоры не ходит, но с опорой передвигается так, что и не угонишься. Как у тебя дела, Гарри?
Андромеда, легко и непринужденно вызвав откуда-то многочисленные чашки-молочники-кофейники, элегантной спиралью опустила их на кружевную скатерть стола, с грацией светской львицы разлила чай.
Но пить его не стала, а призвав манящими чарами подарок, всё еще завернутый в прозрачную упаковку и укутанный согревающим заклинанием, одним движением освободила цветущее растение. Кливию ему посоветовали в небольшом оранжерейном магазинчике на Диагон-аллее, мол, цветочек этот очень хорош, особенно для человека, не имеющего ни минуты покоя. А в глазах Гарри Андромеда Тонкс, постоянно занятая маленьким внуком, и была таким человеком. Кливия защищала мага в те дни, когда он ослаблен, становилась щитом, ограждая от плохого настроения, а также благоприятно влияла на здоровье, помогая поднять жизненный тонус.
Горшок с цветком занял свое место в углу, недалеко от камина, придав комнате чрезвычайно уютный вид. Теплолюбивое растение расправило длинные, гладкие листья и вообще выглядело здесь так уместно, словно всегда тут и стояло. Гарри даже слегка загордился удачной покупкой.
Малыш, выворачиваясь всем тельцем, выпутался из кольца удерживающих его рук, уверенно встал на ножки и решительно потянул на себя скатерть. Съехавшие к краю чашки проворно перебрались в центр, а замешкавшийся сливочник бойко подпрыгнул, спасаясь от падения, прочая же посуда, побрякивая, поспешила приподняться над скатертью.
- Ох, ну что за непоседа!
А непоседа уже потеряв интерес к скатерти, трудолюбиво посапывая, тащил в рот весьма притягательную, на его взгляд, запонку на манжете у крестного.
Запонка была вытащена изо рта порядком обслюнявленная, а лишившийся такого лакомства Тедди немедленно издал возмущенный вопль.
Предложенное взамен печенье было принято с видом «я знаю, что вы отравители, но давайте», подозрительно осмотрено со всех сторон и всунуто в рот целиком.
И, пока Тедди рассасывал малиновую начинку у печенинки, вытаскивая ее и снова запихивая обеими ручонками, а потом, радостно повизгивая, хватал измазанными ладошками светлую до прихода сюда рубашку крестного, Андромеда и Гарри успели сделать по глотку чая с молоком.
- У меня всё хорошо… - только и успел сказать Гарри, безусловно не представлявший себе, что, когда рядом маленькие дети, расслабляться нельзя.
