- Мистер Поттер, - холодно произнес он, - вы еще не успели жениться на моем сыне, а уже говорите о разводе? Воистину в вас слишком много маггловского. Нет, мы не магглы, чтобы разводиться.
Гарри уже всего трясло от неуверенности и страха – Люциус раньше всегда вызывал у него только резко отрицательные эмоции, в последние месяцы он пересмотрел свое мнение, но только исключительно потому, что увидел его с другой стороны, как любящего отца и мужа, как человека, обладающего не только незаурядным умом, но и чувством юмора.
- Так! – Нарцисса совершенно по-плебейски хлопнула ладонями по подлокотникам своего кресла. Хлопок раздался настолько неожиданно, что вздрогнул не только Гарри, но и Люциус. – Думаю, Гарри не имел в виду развод с Драко, а всего лишь заинтересовался получением новых знаний. Так что, дорогой, давайте обсудим более насущные вопросы. Я согласна с Гарри – свадьбу лучше делать по окончании учебы, а до того подготовить для нее благотворную почву. Мне кажется, здесь поможет ряд небольших статей, допустим, в «Ведьмополитене», рассказывающих о детстве и знакомстве мальчиков, их зарождающейся дружбе, которая переросла в нечто большее. Параллельно можно периодически давать в «Ежедневный пророк» раз в неделю то интервью с Гарри и Драко, то обзор с места событий.
- Каких событий? – ошарашенно уточнил Гарри.
- Гарри, ты общественный человек и не можешь прятаться в старом доме Блэков, тебе нужно посещать различные мероприятия, благотворительные акции, Министерство, наконец. Ты должен мелькать перед глазами, чтобы маги видели тебя, поверь, им хочется быть причастными к твоей жизни, так позволь им это хотя бы через прессу.
Гарри поплохело: больше всего на свете он не любил шумиху вокруг собственной персоны.
Нарцисса озабоченно взглянула на него, потом перевела выразительный взгляд на Люциуса, тот подошел к столику, налил и опрокинул полный бокал огневиски, снова налил, но уже меньше в другой бокал – на палец - и поднес его Поттеру, со своим устроился за столом. Огденское горячей волной упало в желудок и оттуда растеклось по жилам – Люциусу полегчало, и предложение Поттера уже не казалось чем-то несерьезным и нереальным. Гарри первый раз пробовал огневиски в Норе, когда Билл Уизли предложил почтить память погибшего Аластора «Грозного глаза» Муди в операции «Семь Поттеров». Тогда он обжег себе им горло, зато отваги прибавилось, и сейчас он смело осушил стакан.
- В моем детстве, - начал Гарри, отдышавшись, - не было ничего интересного, разве что до гибели родителей, но это я знаю только по чужим воспоминаниям и колдографиям.
- Не обязательно рассказывать о твоих родственниках-магглах, можно обыграть в неплохие истории твои первые всплески магии, знакомство с ней и нашим миром. Мы не собираемся вытаскивать наружу всю твою подноготную, не переживай, - Нарцисса ласково погладила его по руке. – Найдем хорошего журналиста, и прежде чем опубликовать хоть слово, ты прочитаешь статью, и только после твоего одобрения ее напечатают.
- Рита Скитер? – уточнил Гарри.
Люциус опрокинул еще бокал огневиски и теперь смотрел на них слегка остекленевшим взглядом.
- Для описания сценок из детства и Хогвартса я поищу другого репортера, но Рита нам тоже пригодится, - увидев выражение лица Гарри, Нарцисса улыбнулась, - поверь мне, Гарри, галеоны творят чудеса, и Рита может печатать то, что нужно нам.
Грохнула о стену дверь кабинета, и в комнате появился разъяренный Драко:
- Что творится, в конце концов?!
Гарри бросил взгляд на часы и вскочил:
- Уже почти полночь, простите, миссис Малфой, мистер Малфой.
- Увидимся завтра, Гарри, приходите на чай.
- Спасибо, спокойной ночи.
Проходя мимо бросающего испепеляющие взгляды, замершего в дверном проеме Драко, Гарри засиял улыбкой и прошмыгнул в коридор. Через несколько секунд он услышал его вопль:
-
С чистой совестью Гарри шагнул в камин и переместился в дом Блэков.
***
Лежать в своей всегда комфортной постели Гарри было почему-то страшно неудобно и жарко: что-то тяжелое и горячее навалилось сбоку, зажимая руку. Сонно поворочавшись, он уткнулся носом в нечто шелковистое со знакомым запахом свежевыпавшего снега, чистого морозного утра, вытащил свободной рукой из-под подушки волшебную палочку и тихонько шепнул: «Люмос». Рядом с ним, прижимаясь всем телом, спал Малфой, причем наглец был одет в собственную пижаму - обосновался словно у себя дома. Загасив свет и спрятав палочку, Гарри обнял его и, просунув между ног Драко свою ногу, крепко заснул.
Пробуждение было на редкость приятным – Гарри проснулся от легких, едва ощутимых поцелуев, которыми Драко очерчивал его скулы, пробегался по шее и ключицам, нежно касался губ.
- Драко, - улыбнулся Гарри, открывая глаза.
- Поттер, придурок, что ты натворил? – но в серых глазах не было ни злости, ни обвинения.
- Пока еще ничего, всего лишь поговорил с твоими родителями, к тому же ты мне сам разрешил.
- А меня спросить?
- А ты и так согласен, - Гарри лениво отвел мягкую шелковую прядь, упавшую Драко на лицо, ему за ухо. Обвел кончиками пальцев губы.
