… Сборы в дальнюю дорогу были недолгими, хорошо отдохнув и подкрепившись, Реми, Эйфория и Джой, уловом которого стали два живых камня, уложили свои немногие пожитки, и, благодаря щедрости мьюми, смогли набить рюкзаки запасами еды на все время пути. Но, прежде чем тронуться в путь, Эйфории предстояло получить защиту от Королевы Юты. Для этого они остались в зеленом шатре вдвоем, Эйфория уже переоделась в свою прежнюю одежду, заботливо вычищенную и заштопанную. Стоя перед Ютой девушка все порывалась сказать той какие-то вежливые слова, как-то поблагодарить ее за гостеприимство и доброту, но Королева только качала головой, давая понять, чтобы она помолчала.
— Я хочу, чтобы ты помнила, Эйфория, — сказала она наконец. — Мой народ и я даем тебе защиту на время пути, пусть она сохранит тебя от влияния зла. Чары воронов не будут иметь над тобой власти еще трое суток. И ты также получишь возможность проходить беспрепятственно к Зачарованному озеру, в самое сердце наших земель. Но если ты когда-нибудь используешь эту возможность во зло, пусть падет на тебя наше проклятье и твоя душа никогда не найдет пути из долины мрака к свету бесконечной жизни.
— Я запомню твои слова, Королева! — сказала Эйфория серьезно, глаза ее от волнения ярко блестели, на бледных щеках проступил румянец. — И тебе не придется насылать на меня проклятие, потому что я никогда не использую дарованное мне благословение во зло. Я обрела здесь подлинное счастье и никогда не забуду этого. И всегда буду признательна тебе.
Королева опустила глаза и тихо произнесла, после недолгого молчания:
— Я знаю, ты действительно видишь в нем и только в нем свое счастье. Когда-то мне тоже казалось, что мое счастье стало бы совершенным, если бы я могла сказать ему «ты мой». Но мне не удержать его здесь, а следовать за ним я не могу. И Реми больше всего на свете ценит свою свободу и независимость, они ему дорого достались, очень дорого. Ты не знаешь, через что ему пришлось пройти, чтобы вырваться из когтей черного племени. И они до сих пор идут за ним по пятам, не оставляют в покое, пытаясь вернуть. Но он никогда не склонится перед ними. Знаешь, Эйфория, он, Реми, может казаться кротким и уступчивым, но это не так. Он словно стальной клинок в мягких ножнах. У него несокрушимая воля и выдержка, рожденные годами ужасной жизни, такой страшной, что ты не можешь себе представить и малой ее доли. Ты видела шрамы у него на теле, но ты не знаешь, сколько незаживающих ран хранит его душа. В плену у воронов ему было непросто выжить, но еще трудней было не потерять себя, не потерять свою душу. Он сохранил ее в кристальной чистоте среди всей той грязи и бесконечного ужаса, что много лет окружали его. Но теперь я боюсь, Эйфория. Боюсь, что ты стала его единственной слабостью, его уязвимым местом, поэтому берегись. Сердце говорит мне, что грядут трудные времена. И сердце мьюми никогда не лжет. А сейчас приготовься.
С этими словами Королева взяла лежащий на низеньком столике небольшой серебряный кинжал с рукояткой украшенной драгоценной, лучистой звездой — знаком мьюми. До сих пор Эйфи, увлеченная разговором с Ютой, не замечала его и невольно вздрогнула, когда в пламени свечи блеснуло тонкое острие.
— Не бойся, — мягко сказала Королева. — Эту боль можно вынести без труда. Протяни мне свою правую руку.
Эйфория послушалась и Юта сделала на ладони девушки аккуратный разрез, через который тут же начала сочиться алая кровь. Затем мьюми быстро вонзила кончик кинжала в свою ладонь. И когда в ранке показалась ее голубая, мерцающая светом кровь, крепко прижала свою ладонь к ладони девушки. Эйфи почувствовала сначала нестерпимое жжение, так что с трудом удержалась, чтобы не отдернуть руку. Юта начала что-то негромко говорить, закрыв глаза, и жжение стало стихать, сменившись удивительной легкостью в теле и сознании. На какой-то очень краткий миг, Эйфория словно сама стала мьюми, ощутив в себе необыкновенную силу. Закончив читать благословение, Юта разжала ладонь, и Эйфория увидела, что на месте ранки остался крохотный шрам, который едва заметно светился небесно-голубым. Она подняла на Королеву восхищенный взгляд и горячо поблагодарила ее. Юта лишь устало улыбнулась ей в ответ.
— Вам пора, — сказала она. Они вышли из шатра на берег Зачарованного озера, где Эйфи ждали готовые двинуться в путь Джой и Реми в окружении мьюми. Реми, преклонив колено, прикоснулся губами к руке Юты в прощальном поцелуе, и она, скрывая слезы грусти, коснулась тонкими пальцами его волос. Джой и Эйфория молча поклонились Королеве, помахали руками друзьям-мьюми, пришедшим проводить их, и двинулись прочь. И никто из них так и не заметил тонкую, сотканную из черного дыма змейку, что скользнула за ними, таясь в высокой траве. Скоро маленький отряд миновал лесных стражей и вступил на тропу, ведущую к Вороньему краю, а следы их поглотила ночь.
* * *