Еще когда он не ходил в школу, к ним в гости приезжал дядя Сережа - мамин брат. Высокий, в красивой морской форме, с кортиком на черных ремнях и с золотыми погонами. Дядя Сережа пробыл в гостях две недели. Каждый день они отправлялись на речку рыбачить. За эти дни Коля столько наслушался от дяди о море, что решил стать моряком. Уезжая к себе на Тихоокеанский флот, дядя Сережа подарил ему матросскую тельняшку и маленький толстый атлас морских карт СССР. Сделал белоснежный бот со всеми положенными парусами и резиновым моторчиком. Этот бот Коля пускал плавать в большом мамином корыте. Крутя винтом, он медленно плыл, от его форштевня бежали крохотные волны. А Коля мечтал о настоящих больших кораблях, о путешествиях в дальние страны. Через год дядя Сережа прислал ему из Владивостока большую книгу в голубом переплете «Модели судов». И Колька стал строить корабли…
На длинной, во всю стену мастерской, полке расположился знаменитый на всю округу Колькин «морской музей». Каких только судов здесь нет! Рыбачьи, лодки-плоскодонки. Морские ребристые шлюпки с крохотными веслами. Белоснежный стремительный глиссер. Красавец бот с резиновым мотором. Легкая парусная яхта. А посредине полки - море. По темно-синим бумажным волнам навстречу друг другу под всеми парусами идут два больших корабля. Если долго смотреть, то кажется, что они все ближе и ближе… Трехмачтовый корвет бесстрашно мчится вперед. На его палубе у тридцати медных пушек застыли канониры, готовые вот-вот поднести зажженные фитили к орудиям. Раз! И весь корабль опояшется клубами порохового дыма. Из жерл пушек вылетят вместе с огнем раскаленные чугунные ядра, помчатся, сметая все на своем пути.
Наперерез корвету на крыльях черных пиратских парусов летит двухмачтовая бригантина. Она будто присела на волнах, готовая к решающему броску. Вдоль борта бригантины с оружием, крючьями, мотками веревок в руках застыли яркие фигурки морских разбойников - корсаров… Корабли вот-вот сойдутся. Почти в упор грянет залп с корвета. И оставшиеся в живых корсары кинутся на абордаж…
Эта затея родилась неожиданно. Пугач со своими друзьями собрались как-то вечером на пустыре у разваленного сарая.
Весна. Между высокими стеблями серого прошлогоднего бурьяна буйно зеленела молодая трава. Кое-где виднелись золотые головки одуванчиков… Хорошо! Пугач лежал на спине, закинув руки за голову, и глядел на стремительный полет стрижей, совершавших вечернюю разминку перед заходом солнца.
- Вот бы полететь, как они, - мечтательно протянул он.
- Скажешь тоже! Без самолета не полетишь, - откликнулся Жорка - Рыжий.
- А барон Мюнхгаузен на утках летал, - вспомнил кто-то. - А что, если и нам попробовать?…
И тут в разговор вступили остальные:
- Ля! А где ж ты уток возьмешь?
- Уток, ясно, не возьмешь… А вот воробьев - прорва.
- Только надо сперва на собаках попробовать. В космос тоже сперва Белку и Стрелку посылали.
- Так давайте пусть сначала наш Тузик полетит!
Черно- белый щенок Тузик лежал рядом с Колькой и, услышав свое имя, подал голос:
- Гав! Гав-гав!
Ребята засмеялись:
- Он согласен!… Видишь, хвостом вертит, как пропеллером!
- Так это ж сколько воробьев нужно, чтоб Тузика поднять? Штук тридцать!
- Тю-у-у, тридцать! Мало.
- Тогда пятьдесят!
- И пятьдесят не поднимут, - настаивал Пугач. - Надо сто!
- Ого-го! Сто! Сто, конечно, поднимут, - решили остальные.
- А как ты к ним Тузика прицепишь? - ехидно спросил Рыжий. Но Пугач не растерялся:
- Сперва наловить надо! А потом уже прицепим как-нибудь…
- Правильно! Сперва ловить давайте! Сто штук! - бурно приветствовали мальчишки пугачевскую затею.
На следующее утро Рыжий притащил два ящика, которые лежали возле черного хода в магазин. Подставили к ним с одного края по колышку. К колышкам привязали шпагат. Под ящики насыпали хлебных крошек, пшена. Птицеловы спрятались за штабелем кирпичей, и охота началась… Вот к ящикам подлетел отчаянный воробей. Поклевал крошек. Почирикал и упорхнул.
- Дергать надо было! - шипит Пугачу на ухо Рыжий. - Прозевали.
- Молчи, тютя! Много ты понимаешь. Пусть он побольше приведет с собой.
И правда. Вскоре под ящиком собралась целая куча воробьев. Они подняли ужасный гвалт. В самый разгар драки Пугач дернул за шпагат.
- Ура-а-а! закричали охотники. - Штук пятьдесят сразу! - и всей ватагой кинулись смотреть добычу.
- Тю-у-у! - разочарованно протянул Рыжий. - Раз, два, три… всего семь воробьев. А я думал - пятьдесят!
- Тащи клетку! - распоряжался Пугач и сам осторожно, чтоб ее выпустить остальных, вынимал воробьев по одному.
Под вечер в большой клетке, где когда-то жил попугай, уже сидело тридцать семь пленников. Им кидали крошки. Но воробьи, обессилев от попыток вырваться, забились по углам, ничего не ели и молча ожидали своей участи.
Рената и близнецы издали наблюдали за охотой. Никого близко Пугач не подпускал. «Зачем, ему столько воробьев? - думала Рената. - Они же не чижики. Петь не умеют…»
- А что они с воробьями сделают? - спросила она близнецов.
- Обыкновенно, - сказал Вовка, - головы поотрывают.
