Я медленно накладывала себе рагу и печеные овощи на десерт, оттягивая момент объяснения. Вернувшись на кровать, уселась снова рядом с парнем, подсунув ноги под одеяло, и грея их о хвост. Который слегка дернулся, но вскоре извернулся и обвился вокруг озябших ступней. — Спасибо… — Поблагодарила, хотя голова была забита другим. Я боялась поднять взгляд от тарелки и ковырялась в еде, пытаясь подобрать слова. Все-таки не просто признаваться в том, что ты невольно влезла в чужую личную жизнь. — Зарекс… я… мне… со мной кое-что произошло. Мне приснилось… хотя это, наверное, не сон… Я, будто вспомнила… увидела, точнее — прожила, некоторые … моменты из жизни Лиарии… — Скомкано пробормотала, не зная, как правильно описать произошедшее, и подняла взгляд, ожидая реакции.
Дракон не казался удивленным, скорее задумчивым и слегка напряженным. — Судя по тому, что ты не попыталась меня убить, пока я спал, ее память не оказала на тебя влияния. — Он натянуто улыбнулся. — И раз ты решила поделиться, то по какой-то причине веришь мне больше, чем той девушке, в теле которой находишься.
— Ты прав и ошибаешься одновременно. — Хвост чуть дрогнул, сдавливая ступни, но тут же расслабился обратно. — Сейчас объясню. Сразу прошу прощения, если это будет спутанно… Просто внутри столько всего… сложно выдать что-то рациональное. Я не хочу тебя убить, даже мысли такой не возникло. Да, поначалу, хотелось утаить произошедшее, но не нападать, это точно! Как бы объяснить… В голове появились знания, словно к моим мыслям и чувствам примешались чужие, и это крайне … неприятно. Я привыкла полагаться лишь на собственные наблюдения, делать выводы, основываясь на чем-то более… значимом, а тут они, вроде как, навязаны извне. То, что она считала тебя опасным, возможно, имеет под собой основание. Но из увиденного мной, я не нашла ни одного веского доказательства ее убежденности, что «все Крайтлисы — зло». Хотя, если бы меня столько муштровали и взращивали эту мысль, быть может, и захотела бы навредить тебе. Но пока… если и не в первый момент, но я достаточно четко могу определить, где мои ощущения, а где — навеянные. И так как ты не сделал ничего, что могло разочаровать лично меня, то да, доверяю и буду доверять тебе. А она изначально не верила твоим словам … кроме того первого раза, когда ты спас ее от холода и накормил мясом крокля.
И, видя его неподдельное удивление, я еще раз убедилась в том, что Лиария так и не рассказала… Но спустя несколько мгновений задумчивости, на его лице отразилось понимание, и удивление сменило свой оттенок. А после он немного нервно рассмеялся, поморщился, приложил руку к ране и тихо заговорил, — бедный Хазаэль, совершенно не желая этого, я испортил ему всю жизнь.
— Ну, ты же не мог догадаться, что она была влюблена в тебя еще до знакомства с ним. — Судя по всему, этого говорить не стоило. Ведь его распахнутые глаза и чуть приоткрытый рот сигнализировали не просто об удивлении, а о ступоре с секундной потерей контроля. Впрочем, дракон достаточно быстро пришел в себя, а мне стало немножко страшно. По сути, я ему чужое существо, и теперь, зная, что он был не безразличен Лиарии, мог бы попробовать завоевать ее. Но тут — я, в виде помехи. На какой-то миг даже представилось, что Зарекс совершит что-то по типу тех светящихся букв или еще какой ритуал, чтобы только вернуть ее… Но, заглянув в его разноцветные глаза, прогнала это малодушное видение прочь. Ты либо веришь человеку, либо нет, другого не дано. А после я увидела, что дракон изменился, будто помрачнел, хотя, возможно, во всем виноваты сумерки. И он выглядел таким грустным, печальным, что сердце сжалось, и я не знала, чем утешить его. — Прости, я не подумала. Может быть есть возможность вернуть ее? — Парень отрицательно покачал головой. Я замолчала, опустив глаза. Было гадко, но на миг даже обрадовалась, что моему существованию здесь ничто не угрожает.
— С Истоком Пустоты это невозможно. А те существа, которым подобное по силам, предпочитают не вмешиваться в мировой порядок. — С грустью ответил он.
— Мне жаль. — Я не решилась на что-то большее, лишь утешающе погладила его хвост. — Если ты сможешь найти способ вернуть ее, не буду сопротивляться. А если при этом я еще и останусь жива… будет вообще замечательно… — Не знаю, почему я так сказала. Возможно, посчитала подобное достойным наказанием за свою эгоистичную радость, когда другим плохо. В любом случае, мне показалось правильным отдать это тело обратно его настоящей хозяйке. Я, хоть и не специально, но заняла чужую жизнь, чужое время. Здесь ее любят, ждут. А меня здесь быть и не должно, я — ошибка. Так что надо радоваться тому, что немного дали пожить здесь. А если меня переселят при ее возвращении в банку какую-нибудь, тоже будет неплохо. Не верилось, что вот это все — навсегда. А теперь у Зарекса и повод есть искать способ ее вернуть. Так что я смирюсь.
