— Не-е, я к мальчикам первая не пристаю. Да и не интересно так… Если уж целоваться, то от души. А то получается просто обманка… как и с Айросом… бли-и-ин. — Я схватилась за голову, — он же сказал, что наших обнимашек хватит только на пару дней. Надеюсь, после заключения договора, его сил хватит и он проснется в состоянии контролировать воздействие своей… особенности.
— То есть, тебе хочется, но начать должен я. — Улыбка эльфа стала лукавой, а я немного зависла от постановки вопроса.
— Выглядит так, будто я совращаю священника… ой… — Я тряхнула головой и допила остатки вина, отставляя бокал. — С этим надо завязывать. А тебе отвечу… разрешаю поцеловать, если сам этого захочешь…
Парень хмыкнул, допил вино, ссадил гнидадафа в кресло, и как-то очень быстро оказался рядом, опускаясь на одно колено, после чего спросил, заглядывая в глаза, — уверена?
Я слегка отпрянула от неожиданности, не думала, что он захочет этого именно сейчас. Но после легкого колебания все же кивнула, слово надо держать. Мозг сигнализировал, что это все совсем не на трезвую голову, и не стоит… Но кровь уже бежала по организму, вперемешку с алкоголем, требуя авантюрных поступков, а ванильный запах подкрадывался, лишая возможности думать рационально.
Его дыхание скользнуло по губам, потом последовало робкое прикосновение, которое сначала переросло в нежный ласкающий поцелуй, постепенно углубился и стал весьма наглым и требовательным. Кажется, я сама притянула его ближе, обнимая за плечи и запуская пальцы в волосы. В себя пришла от боли проникающих в ногу острейших коготков которуна. Мгновенно отстранилась и зашипела.
— Видимо я его прижала, увлекшись, — произнесла я, слегка сбившись с дыхания, опуская взгляд, потирая пораненное место и почесывая нервничающую животинку.
— Нет, — качая головой, ответил улыбающийся Хазаэль, — это — ревность.
— О, еще молоко не обсохло, а уже права свои предъявляешь! Ты сначала вырасти, а потом уже поговорим, кому и что ты будешь запрещать, хорошо? А будешь вредничать, отправлю спать к дракону. — Ткнула пальцем в носик которуна, а после не удержалась и чмокнула в макушку. В ответ мне досталось ворчание, но отступать от своего я не планировала, если позволить сразу вольности, сядет на плечи и лапки свесит.
— Снаружи уже стало холодно, а ты не маг, так что я позволю себе вольность. — Он коснулся плеча, по телу пробежалась легкая прохлада, и в голове немного прояснилось. А также я вновь ощутила чистоту, но поблагодарить не успела, потому что мой рот вновь пленили чужие губы. Он не удерживал меня, и, наверное, я могла бы освободиться, но на тот момент этого не хотелось. Где-то на задворках сознания ворочались мысли, что это все химия и не по-настоящему, но почему-то казалось правильным. Будто я отдаю ему то, что задолжала бывшая владелица моего тела, а он получает, в свою очередь, освобождение, убирая наконец на полку давно прочитанную книгу. Да и целоваться он умел и явно наслаждался происходящим. Его рука соскользнула на спину, притягивая меня ближе. А я вновь запуталась в его волосах и сливочно-ванильном запахе. На какой-то миг испугалась, что все зайдет слишком далеко, но он не позволял себе ничего лишнего. И я расслабилась, просто погрузившись в негу наслаждения моментом. Время текло и переливалось, наполненное ласками и нежностью. А еще пофыркиванием недовольного которуна, который, впрочем, внял разуму и не причинял мне боли, но старательно втискивался между нашими телами. Я отстранилась первой, размыкая поцелуй, но не объятия.
— Для того, кто так благоухает невинностью, ты слишком хорошо целуешься. — Выдохнула я и погладила его по щеке.
— Это плохо? — Тепло и как-то бесшабашно улыбаясь, спросил Хазаэль.
— Скорее неожиданно. Уж точно не для жреца покровительницы непорочности. — Хихикнула я, заработав укоризненный взгляд.
— Избавиться от невинности не трудно, просто пока она мне не мешает. К тому же когда пойму, что мне не стать сильнее, то просто обменяю ее на новый предел. Хотя, может случиться и так, что ее заберет девушка, которая не подарит мне взамен ничего, связанного с магией, и в тоже время, этот дар будет куда дороже. — Улыбка снова обрела хищные черты.
Сердце сбилось с ритма и ускорило бег. Эмоции заметались по невероятной амплитуде. Этот намек напугал меня, ведь я не воспринимала этот поцелуй как что-то особенное и важное. Но все же подтянулась к нему, чмокнув в нос, переместилась на щеку, заговорила, перемежая слова нежными прикосновениями, но и избегая губ. — Не спеши… и не думай… просто… наслаждайся… десертом. — И сама следовала этому же совету, просто позволяя себе заполнить застарелую рану в душе и поделиться тем, чем так несправедливо обделила его судьба — теплом и нежностью. Он также целовал и ласкал меня, но не переходил незримых границ, во всяком случае, не дальше того, чего я сама бы хотела.
