Репетитор полностью

Появляется  Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Ей скоро девяносто, она в мягких, неслышных тапочках, на ее почти слепом лице написано, что она всех любит. Она прижимает к себе яркую жестяную коробочку с леденцами.

Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Кто здесь? Здесь нет моего Гуго?

В и ч. Нет, госпожа Изабелла, он тут не проходил.

Б а б у ш к а  И з а б е л л а (села). Я заснула в оранжерее, это опасно. Никогда не спите среди цветов. У меня такое чувство, что и Гуго мог там задремать. И что тогда?

В и ч. Скажите садовнику, пусть поищет.

Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Это хорошая мысль, пусть поищет, а я пока побуду здесь немножко. Я — тихо. (Выбрала леденец и сосет.)

В и ч. Но ему же надо сказать? Садовнику!

Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Он сам знает. Он очень сведущий человек. Ему даже присылают семена из Голландии… («Отключилась».)

В и ч (Филиппу). Мать так называемого «диктатора». Сама доброта.

Ф и л и п п. Не вспоминайте, господин майор, зачем же… Конечно, неуместное слово, тем более что так по-семейному… Вы сказали тост… А главное, вы же вызвались подготовить меня, так объясните, пожалуйста, зачем я понадобился дочке правителя?

В и ч. «Правителя». Лишь бы не сказать домашние и душевные два слова — Папа Барт. Что ж, фальши мы не хотим — пусть будет другое слово, свое. Но «правитель» — так говорят про лидера чужой и не очень дружественной страны…

Ф и л и п п. Так прозвучало? Это, уверяю вас, без умысла. Но вернемся к сути; если вы только знаете и если это не служебная тайна, то ради бога: что нужно дочери  в о ж д я?

В и ч. Вот, другое дело. Я знал, что сочинителю слова подсказывать не надо. Держитесь этого варианта. И давайте же выпьем наконец. Я хотел бы только к своему длинному тосту добавить еще одно. Вот вы не любите политическую терминологию, а все-таки подумали — и слово нашлось. Да не просто слово, а ключик к целой системе слов — да-да! — овладеть которой вам надо как можно скорей, от этого многое зависит. Как поняли меня?

Ф и л и п п. Я стараюсь понять, стараюсь… Говоря о словах, вы имеете в виду иную систему взглядов, верно?

В и ч. Этого мы не делаем, нет. Это что-то изысканное. Кроме вождя, я давным-давно не встречал человека со своими взглядами, да еще в какой-то системе. А вам попадались? Кто? Маньяки, наверно, психи… Нет, нам достаточно системы слов.

Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Гуго не приходил?

В и ч. Что? Нет, не приходил, отдыхайте, моя ласковая. Итак, сеньор сказочник, определенные слова, сказанные не раз и не два в определенных сочетаниях…

Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Он как раз играл в слова с мальчиком садовника. В коротенькие… на последнюю букву и чтобы только про еду, Гуго говорит «кекс», а мальчик — «сыр». Тогда Гуго придумал «ром», а мальчик не придумал. И я вставила свое слово, но не такое коротенькое — «маслина»… И меня исключили.

В и ч (Филиппу). Восемьдесят восемь лет, что вы хотите.

Ф и л и п п. Все естественно. Знаете, господин майор, если говорить откровенно, вот к такой игре в слова я был бы способнее. Серьезно, у них с мальчиком садовника более доступные мне правила.

Вич смеется.

Голос Марии-Корнелии: «Вич, вы там не один?»

В и ч. Наконец-то. Время, необычайная моя, время…

Голос Марии-Корнелии испуганный: «Мы же условились на семь ровно!»

И, однако, наш гость, сеньор Филипп Ривьер — здесь… Где же вы? (Уходит за колонны.)

Голос Марии-Корнелии тихо и яростно: «Не хочу я быть перед ним в купальном халате! А обходить другим этажом долго».

Голос Вича: «Он художник, его не может шокировать такая прелесть…»

Голос Марии-Корнелии: «Вич, миленький, вокруг полно дураков, неужели еще и вы… Я говорю, пусть принесут платье сюда, скажите Кармеле! Ну, быстро же!»

(Появился.) Маленькая техническая неполадка, сеньор Ривьер. (Опять исчез, но в другом направлении.)

Б а б у ш к а  И з а б е л л а. Внучка скандалит, не обращайте внимания. Очень добрая, но любит скандалить. Вы уже скоро закончите ее портрет?

Ф и л и п п. Сеньора приняла меня за кого-то другого. Я не пишу портретов.