– То, что твоя подруга послала в ресторан брата и порекомендовала его в качестве репетитора, тоже такое совпадение, что всем совпадениям совпадение, – саркастично усмехаюсь я.
– Милая, мне просто не к кому было обратиться, я же никого не знаю, – вздыхает мама и направляется в комнату, чтобы переодеться. Останавливается на пороге и поворачивается ко мне: – Все прошло нормально? Ты не… Не нагрубила, я надеюсь?
– Все было в рамках приличий, – улыбаюсь я, и мама облегченно выдыхает.
Хотя про приличия можно было бы и поспорить, не думаю, что прилично прижиматься к своей подопечной всем телом… Тьфу ты! Я до сих пор чувствую на себе запах Оленьевича, несмотря на смену одежды и душ, и в голове что-то словно тикает, стоит уловить эти терпкие нотки в воздухе.
– Составишь мне компанию за чаем? Я купила пару эклеров, отпразднуем наши успехи!
– Отпразднуем, – говорю я.
Сажусь за стол на кухне и поправляю крышку на сахарнице. Как же меня вымораживает, когда рисунок не совпадает! Из комнаты мамы доносится трель звонка телефона, и спустя несколько секунд мама берет трубку.
– Алло? – Ее голос звучит встревоженно.
Прислушиваюсь и даже реже стараюсь дышать, лишь бы не упустить ни единого слова, произнесенного мамой.
– Я не могу сказать и не буду этого делать. Я не могу никому доверять. Да.
Как назло, на плите начинает свистеть чайник, и с каждой секундой его звук становится все громче и громче, перебивая мамин голос. У меня в висках тарабанит пульс и навязчиво толкает меня к воспоминаниям о прошлом, от которого так хочется отделаться, как от пожеванной жвачки.
– Да, спасибо, что сказал, мы будем осторожны. Не звони сюда больше, иначе я сменю номер. Прости. Пока.
Несколько минут тишины, и наконец слышу шаги. Когда мама выходит из комнаты, переодевшись в домашний хлопковый костюм, былой радости на ее лице простыл и след, а подобные изменения в ее настроении точно не просто так. Она кладет телефон на стол с противоположной от меня стороны, затем выключает чайник. Не глядя на меня, ставит на стол чашки и упаковку с двумя аппетитными эклерами в глазури. Разливает чай молча, глядя куда-то на дно чашки, словно бы там образовалась необъятная бездна, затягивающая ее взгляд в свои глубины.
– Что-то случилось? – спрашиваю я.
Вопрос глупый, по маме видно, что что-то не так, и все, на что мне остается надеяться, – что сегодня вечером мы не будем упаковывать чемоданы и сбегать куда-то еще. Я просто этого не вынесу, нельзя жить в страхе всю жизнь.
– Можно тебя попросить не ходить никуда эту неделю? – просит мама.
В глазах ее страх, и его истоки мне предельно ясны. Папаша снова появился на горизонте.
– Это он звонил? – киваю на мамин телефон, лежащий на столе.
– Нет, это Тимур, но он предупредил, предложил помощь… – отвечает мама.
– Ты сказала Тимуру наш новый адрес?! – перебиваю ее я.
– Нет, что ты, он даже не знает, что мы в этом городе, – качает головой мама. – Я больше не допущу ошибок с доверием.
Тимур – некогда лучший друг моего отца, таких принято называть «продажными полицейскими», которые подчищают за бандитами всю грязь. Когда мы с мамой сбежали от отца, у нас почти не было денег на жилье и еду, но неожиданно нам помог именно Тимур. Он нашел нам первую квартиру в другом городе, он дал нам средства на пропитание, и мы доверились… Оказалось – зря. Тимур был неосторожен, и отец нашел нас по его следам. Маме тогда очень сильно досталось, но она не сдалась.
– Поэтому, прошу тебя, посиди дома несколько дней и не светись нигде, – говорит мама.
– Я не могу сидеть дома, у меня завтра встреча в цирке, – отрицательно качаю головой я.
– Ну можно же перенести встречу…
– Нет, мама! – восклицаю я. – Мне дали шанс, я не могу его упустить! Тем более просить перенести!
– Мия…
– Что «Мия»?!
– Пожалуйста, я беспокоюсь о нашей безопасности, нам сейчас лучше не светиться, – продолжает гнуть свою линию мама. – Я буду все эти дни работать дома, закажем продукты и потом снова вольемся в прежний ритм. Репетитора я тоже перенесу, чтобы ты никуда не ездила, это же тебя должно порадовать? – Она пытается улыбнуться.
А мне уж начало казаться, что этот день не будет так ужасен, каким был до ее прихода. Ан нет, он оборачивается ужаснее некуда.
– Я поеду завтра в цирк, потому что это мой второй шанс, и я не могу его упустить! – Встаю резко на ноги и смотрю на маму сверху вниз. – Я вызову такси, потрачу свои последние карманные на это такси, но поеду!
Внутри все пульсирует от внезапной злости и обиды, причем даже не на маму одну, а на всю свою жизнь в целом. Почему именно с нами это происходит? Почему именно мы должны прятаться?
– Мия, пожалуйста, сядь, – строго произносит мама. – Хочешь, я позвоню Таисии и все объясню?
– Что «все» ты собралась объяснять? – усмехаюсь я.
Все же сажусь за стол и начинаю поправлять скатерть, чтобы она была ровной и без складок.
– Я могу сказать ей, что у меня есть серьезная причина не пустить тебя завтра, – говорит она. – Я уверена, что она пойдет нам навстречу, прислушается и сохранит за тобой место. Видишь, есть польза от совпадений, – чуть улыбается мама.
