Заметив ее, я бросаюсь к ней, сбивчиво рассказывая все то, что случилось. Периодически вытираю слезы, а они все текут и текут из глаз, не давая нормально видеть.
– Боже мой, я даже ничего не слышала, я спала, – испуганно ахает она. – Я сегодня здесь ночевала одна, Глеб в деревне, мне нужно утром на автобус на конференцию ехать, я даже… Мия, прости! – Злата обнимает меня, но я не понимаю, за что она просит прощение. – Прости, я даже…
– Ты ни при чем, видимо, мама не так громко кричала или не кричала вовсе…
– Если нужна помощь, моя дверь всегда открыта! – говорит Злата, и я растерянно киваю.
– Мия, здравствуйте, – вдруг подходит ко мне один из мужчин. – Меня зовут Олег Леонидович Райский.
Всматриваюсь в лицо незнакомца: возраст далеко за пятьдесят, но симпатичный, особенно глаза… Знакомые до боли! Даже если бы он не представился, я бы поняла, что он отец Славы.
– У нас для вас есть несколько новостей и просьб, – продолжает говорить он. – Во-первых, вашего отца поймали на въезде в город. Благодаря содействию одного вашего знакомого нам удалось его взять.
– Какого знакомого? – дрожащим голосом спрашиваю я.
– Он сказал, что давно помогал вам, кажется, Тимур, – нахмурившись, отвечает Олег Леонидович. – Фактически, узнав по своим каналам о нашей готовящейся операции, он сдал вашего отца и сдался сам. Сейчас все зависит от адвокатов и их квалификации, потому что обвинений вашему папе предъявлено достаточно. Есть вероятность, что выберется, но вас все равно никто больше не посмеет тронуть. Мы постараемся выбить судебное предписание и обезопасить вас…
– То есть это не отец похитил маму?! – восклицаю я, в ужасе прикрыв рот рукой. – А кто тогда?!
Ответ лежит на поверхности, но я боюсь его озвучить.
– Мы следили за тем парнем, который напал на вас в цирке, но он понял, что за ним присматривают, и… ему удалось уйти, – со вздохом говорит отец Славы. – Возможно, он выследил ваше место жительства и, видимо, решил действовать радикально. Мы уже ищем его следы, у него очень броская машина, найдем быстро.
– А мама, что будет с ней? Где она сейчас? Куда он мог ее увезти? – тараторю я, захлебываясь словами, и вижу, как ко мне приближается Слава.
Прижимаюсь к нему спиной и чувствую непоколебимую опору, такую необходимую мне.
– К сожалению, мы еще не знаем, но…
К отцу Славы подходит мужчина в форме и, одарив меня коротким оценивающим взглядом, наклоняется к нему, шепнув одну лишь фразу:
– Мы нашли его машину.
– Где?! – почти одновременно спрашиваем я и Олег Леонидович.
– Тут недалеко есть лесополоса с садами, говорят, что машина брошена у ворот дачного городка. С другой стороны лесополосы, после дачных, есть выход на железнодорожную станцию, – говорит полицейский. – Вы же вызвали кинолога?
– Да, – кивает отец Славы.
– Давайте, наверное, отправим его на место и поедем туда, так будет быстрее, – говорит полицейский. – И еще отправим пару человек на станцию, чтобы там уже был кто-то из наших.
– Да, хорошо, – снова кивает старший Райский и обращается уже ко мне и Славе: – Если вы поедете, то останетесь в машине, ясно?
– Ясно, – соглашается Слава.
А я понимаю, что не смогу последовать этому приказу. Просто не смогу сидеть на месте и ждать, пока они ищут мою маму!
– Ты хочешь поехать? – уточняет у меня Слава, но уже и сам знает мой ответ.
– Я поеду, я не останусь тут, – мотаю головой я.
Мужчины переглядываются, и старший Райский понимающе кивает.
– Соберите вещи, которые чаще всего носила ваша мать, они понадобятся для кинологов, – говорит Олег Леонидович.
Бегу к маме в комнату и пытаюсь вспомнить, что она носила чаще всего, но, как назло, в голове кавардак и ни одной трезвой мысли. Часть вещей, которые она собрала в чемодан, уже постираны и вряд ли смогут помочь. Тапки? Наверное, их можно положить, потому что мама ходила в них дома каждый день. Халат? Да, скорее всего, потому что он как висел в ванной на крючке, так и висит. Закидываю в пакет еще несколько футболок и водолазок мамы, лежащих на кровати: от них пахнет ее духами, а раз это могу почувствовать я, то собака точно учует больше.
Мы со Славой едем на его машине к окраине, где находятся лес и дачный поселок, как сказал полицейский. Я уже не знаю, чем себя занять: расковыряла болячку на пальце, разгладила мятый пакет, пересчитала количество кнопок на приборной панели машины… Руки чешутся, а нервы сдают.
Наконец мы останавливаемся напротив ворот дачного массива, где уже стоит несколько машин с мигалками, микроавтобусы: один с синей полосой «Полиция» и второй – карета «Скорой помощи», вокруг толпятся люди в форме, многие из них улыбаются, ведут себя совершенно спокойно, словно у них такие происшествия каждый день, как рутина. Хотя как знать… Я же впервые столкнулась с таким.
Я задерживаю дыхание и выхожу из автомобиля Славы, совершенно не зная, чего сейчас ждать.
– Мия, я с тобой, слышишь? – говорит он и подходит ко мне, вставшей столбом у двери машины. – Мы ее найдем, все будет хорошо, ты мне веришь? – Слава смотрит мне в глаза и протягивает руку.
– Я верю… Хочу верить, – отвечаю я и кладу ладонь в его.
