– Гм-м. Любопытненько, – протянул я и, закончив свою работу, вернулся к первой из заложенных страниц.
– Что там у тебя? – попытался заглянуть через мое плечо Питер, уже выбравшийся из потока автомобилей, скопившихся на улицах в утренний «час пик».
– Он был симпатичным малым. Ему нравились почему-то именно библейские места, а не другие археологические загадки. Он прекрасно знал эфиопский язык, и что интересно – «мертвые» языки.
Питер следил за дорогой, но я отметил, что он внимательно слушает меня.
– Древнееврейский, арамейский и сирийский.
– Ну и что? – спросил Питер.
– Просто это те языки, которые есть смысл изучать только в одном случае. Если ты собираешься штудировать древние библейские тексты.
– Стив Маклин, разумеется, предпочел бы отправиться на дискотеку, чтобы познакомиться с новой девчонкой, – пошутил Питер. – Или считать мух, просиживая штаны в баре со стаканом виски. А Брюс был серьезным человеком, отправившимся на открытие истоков Голубого Нила.
– В том-то и дело. Истоки Голубого Нила были открыты и уже хорошо исследованы задолго до поездки Джеймса Брюса. Другими людьми – португальскими священниками. И, судя по комментариям к этой книге, – я тряхнул мемуарами Брюса, – он тщательно изучил
все работы, связанные с путешествиями по Эфиопии.
– Интересно.
– Более того, Брюс просто лжет. Посмотри, что он пишет вот в этом месте: «Никто из португальцев не видел ранее и не пытался исследовать истоков Нила».
– А зачем он специально врет? – спросил Питер. Я не сомневался в ответе.
– Только, чтобы скрыть свои истинные намерения.
– Намекаешь, что его мало интересовали истоки Нила?
– Его интересовало что-то другое.
– Если ты найдешь доказательства этого, – сказал Питер, увеличивая скорость и обгоняя «вольво» последней модели, за рулем которого сидела миниатюрная старушка, – то твой намек о Ковчеге Завета будет выглядеть интригующим.
В ответ я только недовольно буркнул:
– Я о Ковчеге еще ничего не говорил.
– Читай, читай, Шампольон [1], – шутливо подзадорил Питер. Настроение у него явно улучшилось.
Я последовал его совету.
"- Взгляните, – сказал Брюсу проводник, – на эту травянистую кочку среди болота. Там и находятся два истока Нила Если вы собираетесь подойти к самым истокам, снимите обувь, как вам уже приходилось делать раньше .,
Я снял ботинки, поспешно спустился с кончи к зеленому островку, отстоявшему примерно в двухстах шагах Здесь склон холма был усеян цветами с толстыми выступавшими из земли корнями. Тан как я засмотрелся на цветы, не заметив сначала эти корни иди луковицы, то дважды упал и очень больно ушибся, прежде чем очутиться у края болота. Наконец я приблизился к заросшему травой островку. В восторге я созерцал ключ, являвшийся началом великой реки Конечно, легче представить себе, чем описать испытанное мною чувство. Некоторое время я неподвижно стоял перед этими истоками, в течение трех тысячелетие остававшимися недосягаемыми для гения и мужества самых прославленных людей " .
Я еще раз пролистал несколько десятков страниц, добравшись до очередной закладки. Здесь Брюс делился своими впечатлениями об озере Тана.
