Книга, которую вы держите в руках, описывает людей, события, жизнь. Ливанская война, кинематограф и арабо-израильский конфликт, киббуцы и армия, телевидение и религия — все это откроет Израиль для тех, кто его не знает, а его жителей еще раз заставит задуматься о нем.
«И сказали всему обществу сынов Израилевых: земля, которую мы проходили для осмотра, очень, очень хороша».
Репортажи — это понятно. А шестое тысячелетие? Может, научная фантастика? Нет, гораздо проще: по еврейскому летосчислению эта книга выходит в свет в 5751 году со дня сотворения мира.
Книг об Израиле, написанных по-русски теми, кто сюда приехал, начиная с 70-х годов, немного, но они есть, и в каждой — разный Израиль. Оно и понятно: каждый видит страну по-своему. Не последнюю роль играют и склонности авторов. Одни описывают Израиль с академической строгостью, другие пишут о нем фельетоны, третьи воспринимают обретенную родину только с точки зрения нового репатрианта.
«Умом Россию не понять…» — сказал Тютчев. А уж Израиль тем более. Но не по той причине, которую имел в виду поэт, а потому, что на отношение израильтян к своему государству влияют еще свежие воспоминания о том, как оно создавалось, как выстаивало перед лицом врагов и как мужало. Воздействуют также и древние традиции: пасхальная трапеза, шалаши в Суккот[1], костры в Лаг ба-Омер[2], карнавал в Пурим[3], тишина над всей страной в Йом-Киппур[4].
Израиль оставался, да, пожалуй, и остается символом только для евреев галута[5]. Для самих израильтян в нем нет ничего символического: это их реальная страна, где чуть ли не все знают друг друга либо по школе, либо по армии, либо по работе; где надо слишком часто ходить на военные сборы, где меняющиеся правительства не могут найти ответ на «арабский вопрос», но где «еврейский вопрос» решен раз и навсегда.
Материалы «Репортажей», опубликованные в разное время (примерно с 1983-го по 1988-й год), объединены общей целью: показать Израиль таким, каким он видится автору, который по мере сил старался избежать всяческих мифов, ура-патриотизма, огульного охаивания и примирительного сглаживания острых углов. Автор не счел возможным вносить в эти материалы изменения, и лишь в тех случаях, когда некоторые сведения оказывались устаревшими, были сделаны коррективы.
Пусть читателей не удивляет отсутствие заголовков, подзаголовков и вообще всяких названий внутри книги при таком обилии материала. По жанру эта книга близка к хронике, которая запечатлевает подряд все, что происходит и о чем вспоминают во время написания.
В процессе выстраивания книги неожиданно обнаружилось, что материал как бы сам диктует разбивку на семь глав, чтобы получился семисвечник, где каждая «свеча» освещает ту или иную сторону израильской жизни.
Немедленно после объявления независимости Государства Израиль оказалось, что одного объявления недостаточно: 650.000 еврейских жителей тогдашнего ишува[6] не смогли бы устоять против арабского нашествия и выжить во враждебном окружении. «От алии, — сказал Давид Бен-Гурион, — зависит судьба государства». По его мнению, трагедия Катастрофы заключалась еще и в том, что «государство родилось и не нашло того народа, который его ждал».
Но народ жил и ждал — в том числе в странах Восточной Европы, куда и устремились первые израильские дипломаты.
Уже в декабре 1948 года Моше Шарет встретился с заместителем министра иностранных дел СССР Андреем Вышинским. Содержание этой беседы держится в тайне, но результаты нам известны: почти всех, кто подал тогда прошение на выезд, отправили в лагеря.
Другие же страны сообразили, какую огромную экономическую выгоду можно извлечь из «торговли» евреями. Во второй половине мая 1949 года был подписан экономический договор между Израилем и Польшей, по которому Израиль обязался приобрести в течение года товары польского производства на общую сумму в 16 миллионов долларов (сюда входили прежде всего продукты питания, а также железо, древесина, химикалии, станки и бумага). Поляки в свою очередь обязались импортировать из Израиля товары на сумму 3,2 миллиона долларов: бритвенные лезвия, сверла, жиры и растительное масло. Через два месяца после подписания договора польское правительство разрешило своим евреям репатриироваться в Израиль и даже согласилось на требования Израиля, чтобы каждый репатриант мог вывезти от 150-и до 200 долларов.
Несколько по-другому проходили переговоры с правительством Болгарии. Израильский представитель договорился с болгарами о возможности использовать порты этой страны для переправки румынских евреев. Были наняты болгарские суда и оплачены в долларах все транспортно-погрузочные работы. Кроме того, болгарское правительство потребовало заплатить еще по 50 долларов за каждого транзитного пассажира. Деньги поступали от американской еврейской организации «Джойнт».
