В Нагорном Дагестане в то время не было хороших дорог в собственном понимании этого слова. Пути сообщения здесь в большинстве своем состояли из тропинок, годных разве только для верховой езды. Нередко они проходили по узкому и каменистому дну ущелья – руслу горной реки, петляя с одного берега на другой. Чаще всего бывало так, что с одной стороны тропинки поднималась отвесная стена, а с другой – обрыв, пропасть. Бесконечные крутые подъемы и спуски, переправы через горные речки и ручьи делали движение трудным и утомительным, а зачастую и опасным. Устройство переправ через горные реки в Дагестане вследствие стремительности течения и крутизны берегов сильно затруднялось. Переправа вброд возможна была лишь в немногих местах, причем стремительные потоки воды, несущие песок, булыжники и огромные камни, часто меняли местоположение бродов.
Снег на равнинах Дагестана, как правило, выпадал в ноябре – декабре и лежал до февраля; в горах же он выпадал обыкновенно уже в сентябре и держался до конца марта. Перевалы и горные тропы в зимнее время заносились глубоким снегом и становились практически непроходимыми. Зима 1921 г. в этом отношении ничем не отличалась от предыдущих.
От ревкома Дагестана и политотдела дивизии А.И. Тодорский получил ориентировку (справку) о национальном и классовом составе населения района боевых действий. Вырисовывалась следующая картина: из общего числа населения горцы составляли 97 %, русские – 2 % и прочие национальности – 1 %. Племенной состав горского населения был чрезвычайно разнообразен. Вследствие сильной пересеченности местности эти племена (в Нагорном Дагестане их число доходило до 34), несмотря на долговременное проживание в самом близком соседстве друг с другом, сохранили свой язык и племенные особенности. И чем малодоступнее были горы, тем обособленнее являлось племя, их населяющее. Все горские народности в религиозном отношении являлись мусульманами – суннитами. В каждом населенном пункте имелась мечеть.
Особая трудовая дисциплина, сформировавшаяся в каждодневной борьбе с суровой природой, и чисто военная дисциплина, выработавшаяся в многолетнем противоборстве с царизмом, спаяли накрепко все горские национальности Дагестана. Отличительными чертами в характере горца являлись: воинственность, храбрость, упорство, впечатлительность, наблюдательность, болезненное самолюбие, гордость, любовь к личной свободе, хитрость, мстительность. По местным обычаям всякий мужчина в горах Дагестана в случае вооруженного конфликта принимал участие в боевых действиях на той или иной стороне. Не сделавший этого заслуживал всяческого презрения среди соплеменников. Особой воинственностью отличались аварцы. Не случайно, что именно из Аварского округа вышли все известные на Кавказе вожди восстаний против царизма – Шамиль, Хаджи-Мурат и др.
А.И. Тодорский и подчиненные ему командиры знали, что вооруженные силы мятежников состояли из отрядов. Как правило, в каждом районе формировался такой отряд из нескольких сотен штыков и сабель. Обычно он назывался именем крупного аула или общества, и чаще всего именовался сотней. Командный состав таких отрядов состоял главным образом из бывших царских офицеров и отчасти из горцев, выдвинувшихся из рядовых за свои военные способности. Основную массу мятежников составляла пехота, однако в каждом отряде имелось от несколько десятков до сотни и более сабель.
…В конце декабря 1920 г. в состав Дагестанской группы стали прибывать части 14-й стрелковой дивизии. Первой прибыла 40-я бригада (командир К.С. Добренко). Из Порт-Петровска (ныне Махачкала) походным порядком она двинулась в Темир-Хан-Шуру (ныне Буйнакск), где находилось командование и штаб группы. Туда же прибыло руководство 14-й дивизии – начдив П.К. Штейгер, военком Л.Н. Аронштам, начальник штаба М.Г. Снегов.
Командующий группой (А.И. Тодорский) и его штаб тепло встретили прибывших. Александр Иванович первым делом поспешил поблагодарить Петра Карловича Штейгера за хорошую подготовку 32-й дивизии. Все присутствующие по достоинству оценили такт и культуру Тодорского – они встретили его слова аплодисментами. Ибо все они знали (более или менее подробно), сколько труда, сил и энергии вложил П.К. Штейгер в подготовку и боевое сколачивание 32-й стрелковой дивизии, командуя ей с сентября 1919 г. по август 1920 г. И вот он снова среди своих боевых друзей.
Ознакомив прибывших с обстановкой, Тодорский подчеркнул, что положение создалось тяжелое и с каждым днем оно обостряется. Наличных сил 32-й дивизии оказалось явно недостаточно, и только с прибытием полков 14-й стрелковой дивизии он надеется создать перелом в обстановке в нашу пользу. Прибывшей дивизии отводится главная роль, ибо она по своему составу гораздо сильнее 32-й дивизии, в которой всего две бригады, одна из которых (95-я) во главе с командиром Ильей Ковалевым и комиссаром Иосифом Немерзелли оказалась в окружении в крепости Хунзах. Другая часть войск дивизии заперта мятежниками в укреплении Гуниб.
