– К тому же художники уже давно не пытаются понять мир. Для них наша действительность непознаваема. С помощью творчества они создают ложную реальность с собственными законами и правилами. Вспомните, что говорил Пикассо: «Искусство – не есть истина, это ложь». А Кандинский утверждал, что художником руководит стремление к чистой абстракции как к единственной возможности обрести покой в неразберихе реальной жизни. Авторы вынуждены прибегать к обману, чтобы скрыть собственное бессилие. Они пытаются подменить настоящее ложным. Поэтому их работы столь абсурдны. Ведь они порождены столкновением разумного человека и неразумного мира. И вы защищаете эту ложь. Но вас можно понять. Ведь если изображать реальность правдиво, то натолкнёшься либо на стены, либо на баррикады.
Кажется, я перегнул палку.
– Вы выходите за рамки, молодой человек. Прошу вас покинуть выставку.
– Кто вы такой, чтобы просить меня об этом?
– Организатор мероприятия и владелец этого помещения.
Не может быть. Максимов?
– Я настаиваю, – слова Дмитрия Александровича обретают твёрдость.
– Приятного вечера, – говорю я, киваю спутнице и устремляюсь к выходу.
А я ещё боялся, что у Максимова не удастся взять интервью.
Весна, обнадёжив своим внезапным появлением, вновь скрылась, и город сковал холод.
Стоит прямо сейчас гордо уйти, но вместо этого я шныряю по улице, ожидая, что и сейчас девушка последует за мной. Но она так и не выходит, и я возвращаюсь домой.
Глава 2
Не уходи!
Я моргаю.
В глазах слёзы.
Кончиками пальцев провожу по ресницам.
Действительно, слёзы. Но почему? Ерунда какая-то. И кого я просил остаться?
Приподнимаюсь.
Снова ночевал на диване? Ах, да, точно. Таня явно не хотела проводить со мной вечер и легла ещё до моего прихода. Я побоялся её разбудить и улёгся в гостиной. Точнее, воспользовался этим предлогом, чтобы не идти к ней в кровать.
Вновь валюсь на подушку.
Кого же я звал? Мысли скользят по размытым образам и едва уловимым ощущениям. Ответ так и не приходит: воспоминания скрылись за тёмным занавесом сна. Осталось только чувство умиротворения. А ещё трепет от соприкосновения с чем-то важным. Там, за порогом пробуждения, меня ждали. Там я был нужен. Как же хочется вернуться. Господи, как же хочется вернуться! Я словно держал за руку близкого мне человека, но его вдруг вырвали, оставив меня одного.
Я вытягиваю руку и сжимаю пальцы, но они скользят по пустоте.
Утерев слёзы, я сажусь.
На кухне бряцает посуда. Значит, Таня уже встала.
Иду в ванную. На самом деле я хотел помочь Тане накрыть на стол, но в последний момент испугался и скрылся за первой попавшейся дверью.
Пока чищу зубы, набираюсь решимости начать разговор.
Ну, я готов.
Сплёвываю и полощу рот.
Захожу на кухню. Таня в шортах и футболке пьёт чай. Она по-прежнему не смотрит на меня.
– Извини, что тогда ушёл, – мой голос звучит глухо и как будто со стороны.
– Ничего страшного. Всё нормально, – произносит Таня.
Как может быть всё нормально, если ты даже не смотришь на меня?!
– Наливай себе чай. Чайник только вскипел, – Таня продолжает механически произносить заученные реплики.
Такое ощущение, что я оказался на сцене, где мы разыгрываем постановку о будничной жизни счастливой пары. Что там дальше по сценарию?
Я наливаю в кружку заварку и разбавляю её кипятком. Затем присаживаюсь рядом с Таней.
– И всё же я не должен был уходить, – я пробую выйти за рамки постановки.
Таня, наконец, оборачивается ко мне. Но взгляд её холоден и безразличен. Она не терпит импровизации.
– Я всё понимаю, – она начинает вспоминать текст. – Мне бы тоже было противно находиться рядом с такой, как я. Опять я расплакалась в самый неподходящий момент. Но просто…
Её взгляд опускается. Может быть, сейчас она произнесёт что-то искреннее?
– Но просто так получилось, – заканчивает она.
Твою мать! Почему ты не можешь хоть раз накричать на меня?! Почему не можешь дать по морде?! Почему не можешь просто послать меня?!
Если я упаду перед ней на колени и прильну головой к её ногам, тогда ещё всё может наладиться! Так ведь? Скажи, так ведь?!
Но Таня уже отвернулась.
Меня охватывает бессилие.
– Рад, что мы поняли друг друга, – говорю я и встаю из-за стола. Чай остаётся невыпитым.
В последнее время только в туалете я могу укрыться от обоюдного молчаливого раздражения.
Сидя на унитазе с телефоном в руках, я захожу на сайт знакомств.
За несколько дней успели накопиться сообщения, лайки и просмотры. Посмотрим.
Так, тебе, поросёнок, я не буду отвечать.
А ты мне надоела. Список твоих интересов гораздо любопытней, чем ты сама.
Кто это у нас? Очередная дива с картины: поверх тонкого полотна яркая краска, а за ним – пустота.
Ничего интересного. Надо искать самому.
Чтобы удостовериться в идеальности своего образа, открываю свою анкету.
