Решающие войны в истории полностью

Сейчас нашу мысль можно сформулировать в более короткое, более простое и, возможно, более точное определение стратегии — «распределение и применение военной мощи для достижения целей политики». Потому что стратегия касается не только передвижения армий — как часто определяют ее роль, но и связана с результатом этого передвижения. Когда применение военного инструмента выливается в настоящее сражение, размещение войск и управление таким прямым действием именуется тактикой. Однако эти две категории, хотя и удобные для дискуссий, никогда нельзя четко разложить по полочкам, потому что каждая не только влияет друг на друга, но все они находятся в неразрывной связи друг с другом.

Как тактика есть применение стратегии на более низком уровне, так и стратегия есть применение «большой стратегии» на более низком уровне. Будучи практически синонимом с политикой, которая руководит ведением войны, в то же время отличаясь от постоянной политики, которая формулирует свои задачи, термин «большая политика» служит для передачи смысла «политики в действии». Потому что роль большой стратегии состоит в координировании и управлении всеми ресурсами нации в деле достижения политической цели войны — цели, определяемой национальной политикой. Большая стратегия должна и рассчитывать, и развивать экономические ресурсы и людские ресурсы страны, чтобы обеспечивать и поддерживать сражающиеся войска. То же и в отношении духовных ресурсов, ибо воодушевлять и укреплять волю к победе и стойкость так же важно, как и обладать более конкретными формами власти. И она должна регулировать распределение полномочий между различными видами вооруженных сил, а также между войсками и производством (промышленностью и др.). Но и это еще не все, потому что боевая мощь — это только один из инструментов большой стратегии. Необходимо принимать во внимание и применять силу финансового давления, дипломатического давления, коммерческого давления и, что не менее важно, идеологического давления, для того чтобы ослабить волю противника к победе. Меч, как и щит, является веским доводом. Кроме того, в то время как горизонты стратегии ограничены войной, большая стратегия имеет в виду то, что произойдет после войны, при последующем заключении мира. Она не должна лишь комбинировать различные инструменты, ее долг — регулировать их применение, чтобы избежать причинения вреда будущему состоянию мира, безопасности и процветания. Неудивительно, что в отличие от стратегии царство большой стратегии для большинства — это некая terra incognita!

Чистая стратегия. Расчистив почву, мы теперь можем построить нашу концепцию стратегии на ее первоначальном и истинном базисе, то есть «искусстве полководца». Ее успех зависит прежде всего от трезвого расчета и координации цели и средств. Цель должна быть пропорциональна всем, вместе взятым, средствам, а средства, используемые для достижения каждой промежуточной цели, которые вносят вклад в достижение конечной цели, должны быть пропорциональны цене и необходимости этой промежуточной цели, то ли это решение какой-то задачи, то ли достижение какой-то вспомогательной цели. Излишек может быть столь же вреден, как и недостаток. Правильное целеуказание обеспечивает идеальную экономию сил, причем в более глубоком смысле этого часто искажаемого военного термина. Но ввиду природы и неопределенности войны, неопределенности, отягченной ненаучным анализом, правильное целеуказание лежит вне пределов возможностей даже военного гения, а успех находится в теснейшей близости к истине.

Эта относительность — характерная черта, потому что, однако, наше знание науки о войне в настоящее время — почти неисследованная территория; война — это наука, которая зависит от искусства ее применения. Военное искусство может не только делать цель ближе к средствам, но и, придавая более высокое значение средствам, позволяет расширить цель. Это осложняет расчеты, потому что никто не может в точности рассчитать ни силу человеческого гения, ни результат глупости и предательства, ни беспомощность воли.

Составляющие элементы и условия. Однако в стратегии расчет проще и дает большее приближение к истине, чем в тактике. Потому что в войне главный не поддающийся расчету элемент — это человеческая воля, которая проявляется в сопротивлении, которая, в свою очередь, лежит в области тактики. Стратегия не обязана преодолевать сопротивление, кроме как исходящее от природы. Ее цель — уменьшить возможность сопротивления, и она стремится достичь этой цели, используя элементы передвижения и внезапности. Передвижение находится в физической сфере и зависит от расчета условий времени, топографии и транспортных возможностей. Под транспортными возможностями подразумеваются и средства, и меры, которыми боевая сила может перемещаться и снабжаться.