– Это мои сестры, Имелда де Суньига и Анхелита де Суньига, – представил он двух худеньких и высоких девушек, сильно похожих как на друг друга, так и на своего старшего брата. На лицо была видна и порода, и семейное сходство, но было кое-что еще… Все трое носили длинные черные волосы с прической «конский хвост». И спортивные костюмы.
– Акира Кирью, ваш учитель, – представился я девушкам, разглядывающим меня с испугом, любопытством и… робостью?
Так не пойдет.
– Первым делом, у меня такой вопрос, – тяжело проговорил я, начиная давить на девушек взглядом, – У вас есть зал для спаррингов?
– Зачем он тебе нужен? – нахмурился Джакобо, – Мы должны учиться совсем другому…
– Во-первых, мне нужно знать, на что способны твои сестры, ученик. Во-вторых, и это уже моё личное любопытство, я хочу оценить те приемы, которые вы втроем, конечно же, знаете, против людей, которые могут схватить вас за волосы…
Испанец слегка побледнел, а на его скулах вздулись и опали желваки.
– Мы здесь, чтобы учиться иному! – почти отчеканил он.
Я пару секунд подумал. Давить на болезненно гордого испанца сейчас было неразумной тратой времени и ресурсов, так что попробуем по-хорошему.
– Ты не знаешь, как и чему я буду вас учить, – качнул головой я, – Кроме того, твоя динамика Ки мне известна, а твоих сестер – нет. Я не собирался причинять им боль, наоборот, боль должны были постараться причинить они…
– Они не инициированы! – скрежетнул зубами испанец, – Имельде семнадцать, а Анхелите всего шестнадцать лет!
– Тогда где мои
Джакомо де Суньига, глава рода Суньига смотрел на своего визави, тщательно пряча неуверенность и страх. Только их, на напряжение уже не хватало сил.
Ледяные слова, тяжелые. Он чувствовал, что за ними стоит ни поза, ни воля, а еще не осуществленное намерение. В отличие от его, Джакобо, собственного отца и дяди, ныне покойных, Акира Кирью не держал лица, он и был лицом. А еще под скромным обозначением «учителя» прятался гений, магнат, боец и совершенно безжалостный убийца. Это Джакомо успел выяснить.
Только вот он не знал, что делать дальше. Что ответить человеку, от тяжести тона которого Анхелита уже почти упала в обморок. Рассказать ему, что он, глава рода, дал слово, что они все обучатся такой важной специальности? Попытаться объяснить, что только этот обман позволил ему вывезти сестер с собой? Сказать, что он, Джакобо де Суньига, отчаянно нуждается в том, чтобы Акира Кирью их не просто обучал, а обучал
А ведь он, Джакомо, только и умеет, что драться!
Анхелиту и Имельду бы просто забрали в служанки, тут же опорочив, затем, чтобы у Суньига было как можно меньше шансов на восстановление. Род был хоть и древний, но слабый, без каких-либо изысков и секретов. Суньига были воинами, полагающимися на умение, отвагу и честь, отнюдь не на уловки. Теперь же род существует лишь формально.
Чудом.
Японец, вовсе не похожий на японца, ждал ответа, давя всем своим присутствием. Его уверенность, излучаемая почти на физическом уровне, подтачивала силы Джакобо. Если тогда, встав после боя, он мог спокойно заявить, что они с этим японцем почти равны по силам, то сейчас он бы так не сказал даже про себя. Акира Кирью, юный гений, овладевший Ки на каком-то немыслимом даже для Старых родов уровне, не производил впечатление простого смертного. Он, являющийся этим простым смертным, мог просто развернуться и уйти, окончательно хороня все надежды Джакобо на будущее. А тому не было что ответить на его вопросы.
Он думал все эти пять дней, но попросту… ничего не придумал. Джакобо не был гением. Он не был даже наследником. Обычный сын знатной семьи, тренирующийся от заката до рассвета, чтобы не уронить её чести. В прошлом.
– Они будут инициированы! – проговорил он, изначально даже не поняв, что это действуют его губы и связки, – Не сегодня, не завтра, но будут! У тебя есть три твоих ученика. Просто ими надо будет заняться в разное время. Только и всего.
Казалось, Акира лишь немного сощурился, но Джакобо ощутил это как удар по своей психике. Высокий, мускулистый, невероятно огромный для японца, этот семнадцатилетний (!!!) тип проявлял неудовольствие на уровне, о котором он, сын испанского гранда, ранее и не слышал!
А затем японец вспыхнул. Он натурально загорелся бордовым пламенем, его глаза зажглись ярко-красным светом, а спустя секунду, не успел ошарашенный Джакобо даже принять боевой стойки, от его гостя полыхнуло «жаждой крови». Не сильной, сам испанец мог и покруче выдать, только вот никогда этого не делал по направлению к любимым сестрам…
