Небольшой вагончик, недалеко от входа к рынку, на котором было написано: «Компьютеры и электроника. Дёшево!»
В тесном помещении толпились люди. Двери вагончика были открыты с двух сторон, что бы помещение проветривалось, иначе тут было бы уже не продохнуть.
— Я бы хотела кое-что продать. — дождавшись своей очереди, обратился Женя к продавцу и начал выкладывать детали компьютера на грязную столешницу.
Мужчина средник лет, лысый и с прищуренным взглядом. На нём была джинсовая куртка и старя выцветшая рубашка, на лице недельная небритость и выражение вселенской скорби.
— Блок питания рубь максимум, видеокарту за трёшку могу взять, жёсткий и материнка, судя по маркировке не взломаешь, нужно схемы перепаивать, аппаратная привязка. — он почесал затылок. — Оперативку ещё за рубь, дисковод рубь.
— Он весь рублей сто стоил, может даже больше! — возмутился Женя.
— Откуда у тебя вообще это? — подозрительно спросил мужчина, подаваясь вперёд. — На дозу не хватает, отцовский разобрала?!
— Тридцать за всё. — предложил Евгений.
— Десять.
— Двадцать пять. — упорствовал он.
— Двадцать, или вали отсюда, поняла? — разозлился мужчина.
Ясно было, что можно и больше за этот хлам получить. Но не зная реальной цены и не разбираясь в компьютерах, Женя не решился просто взять и уйти. Вполне может быть, что в другом месте ему ещё меньше предложат, а когда вернётся сюда, даже пятнадцать не получится выторговать.
— Двадцать так двадцать, давай деньги. — Евгений положил свои руки на запчасти.
— Шустрая какая, проверим сначала. — криво усмехнулся компьютерщик. — Там ещё
— Я не дотащу. — пожал плечами Женя.
— Так я могу подойти, когда скажешь, забрать. — предложил продавец, что-то проверяя в запчастях.
— Зачем — когда скажешь? — наигранно-удивлённо протянул Женя. — Вот, бери ключи, приходи, когда хочешь.
— Ну ты поняла меня, я возьму если принесёшь. — хмыкнул мужик. — За семь, так и быть.
— Я подумаю.
Через десять минут Женя вышел с двадцатью рублями во внутреннем кармане, и двинулся к рынку. Косметику продавали у самого выхода, и он стал рассматривать множество лотков с контрафактом.
Взял туш, несколько помад и теней разных цветов, не забыл про карандаш. За всё вышло два рубля, и это было по мнению Евгения дёшево. Вопрос был ещё в качестве такой дешёвой продукции, но Женя пока плохо разбирался в косметике. Да и не мог он себе представить, что эти помадки и карандашики вообще должны хоть сколько-то стоить.
Он прошёл дальше, углубляясь в лотки и небольшие павильоны, тут уже шла одежда — новая и не совсем. Причём та, которая ношенная, стоила дешевле и выглядела порой лучше, чем некоторые «новенькие» экземпляры.
— Всё по два! — раздавалось с разных сторон.
— Всё по три! — перекрикивали другие продавцы, зазывая клиентов и уверяя что у них лучше, чем у тех, где «всё по три».
Народу на рынке было много, выходной день, и это снова говорило о том, что дела в стране не очень. Одежду в таком месте покупать должны лишь совсем малообеспеченные и не защищённые граждане, а здесь такая толпа.
— Ты скажи, что надо, Ашот сейчас всё найдёт и подберёт! — говорил смуглый продавец.
Лет пятьдесят, худой и седовласый. На нём был простенький свитер, чёрные спортивные штаны с нашивкой «Динамо», и шлёпанцы с носками.
— Брюки на меня нужны, форменные, для школы. — посмотрел в карие глаза Женя.
— Счас, всё будет. — продавец исчез в своих залежах вещей.
Он остановился у самой первой палатки, где увидел школьную форму. Понятно, что цены тут примерно у всех одинаковые, различаются скорее всего на копейки, поэтому идти дальше смысла не было. Тем более, Петроградское небо хмурилось всё сильнее, и вот-вот мог пойти дождь. Да и нога начинала ныть, а ещё тампон, судя по ощущениям, нужно скоро менять. Женя устал уже от этого похода.
— Сколько за всё? — спросил Евгений, красуясь перед зеркалом.
Пришлось к бежевым брюкам выбирать ещё и такой же пиджак, который будет ниже пояса и прикрывать зад. Сами штаны были узковаты в области пятой точки, но он не знал, возможно так и должно быть. У женщин это место немного выпирало, и было непонятно — должно там быть свободно или нет. Вроде бы на это и рассчитано, что штаны облегают задницу, но кто его знает.
— Шесть. — ответил Ашот.
Женя вздохнул, и полез в куртку за деньгами.
— Для тебя пять, красавица. — вдруг сказал продавец, когда Женя протянул ему две «пятёрки», и вернул одну из них. — Носи на здоровье!
— Спасибо! — обрадованно поблагодарил он, и пошёл обратно переодеваться.
Одежда была качественной, как будто новой. Откуда она могла оказаться тут, на рынке, который находился у самой окраины города — непонятно. Возможно, с какого ни будь ограбленного склада, а потом такие вот «Ашоты» покупают это за пол цены, и толкают в обход других магазинов. Должна же эта форма где-то официально продаваться. В гардеробе девушки таких брюк не было.
