— Прошлое?! Поначалу я принял Вас за одного из цепных псов Тасселера, чтоб он в гробу перевернулся, только позже я раскопал, какую роль Вы сыграли в этом деле. Уж очень странно Вы себя повели после, все рванули в новые кабинеты с новыми званиями, и только один Дескин сбежал как крыса и забился в какую-то щель. Страшно стало? Или стыдно?
— Не то и не другое. Свой долг перед республикой я выполнил как смог и как умел. В отличие от некоторых, я в заговоре не участвовал, и никого не предавал.
— Да как Вы... - вскинулся Коллинз.
— Смею!
Вольдемар так грохнул кулаком по столу, что стоявшие на нем предметы подпрыгнули.
— Это Вы предали республику, вступив в число заговорщиков, а потом продали их всех Тасселеру, спасая свою шкуру!
— У меня не было другого выхода, - сник Коллинз.
— Кто об этом знает? - усилил давление Вольдемар, - К тому же выход есть всегда. Подайте в отставку. Прямо сейчас. Напишите рапорт и отправьте в Сенат из этого кабинета. Ну, что замерли? Потому что без этой должности Вы - никто и звать Вас никак. Это за Кагершемом стояла реальная политическая сила, и он мог плевать на политику. За Вами никто не стоит, именно поэтому Вы и сидите в этом кресле. Пока сидите. В любой момент Вас могут выкинуть на помойку как паршивого кота.
Адмирал был чернее тучи, но крыть ему было нечем.
— Если я сегодня передам содержание нашего разговора в прессу, то Вы завтра же вылетите из своего кабинета. Не исключаю, что прямо через окно. Кое-кому старый обиженный болтун окажется не очень нужен живым. Надеюсь, Вы меня поняли.
Вот теперь клиент по настоящему готов.
— Хорошо, Вы меня убедили, - сдался адмирал, - но Ваше везение когда-нибудь закончится, тогда и сочтемся.
— Сочтемся, адмирал, непременно сочтемся. Если Вы доживете до этого момента. А пока что потрудитесь найти малый десантный корабль в приличном состоянии.
— Намереваетесь использовать его в качестве пересадочной станции?
— Да, намереваюсь. И еще, мне нужны два крейсера.
— ?!
— Не волнуйтесь, не навсегда. Нужно придержать эвакуацию астенойцев из Каппа Сагитториуса, пока совместная комиссия не примет всю системную инфраструктуру.
Астена еще не приняла ультиматум, но в том, что она его примет уже никто не сомневался. Фабин еще не принял предложение, но в том, что он его примет не сомневался только один Дескин. Ни о какой комиссии никто не слышал, здесь Вольдемар блефовал, но Коллинз ему поверил.
— Не раньше, чем через двое суток.
— Хорошо, но если через двое суток их не будет в системе, то в начале третьих наш разговор станет новостным хитом.
— Скажите, Дескин, Вы себе на жизнь шантажом никогда не зарабатывали? Если нет, то советую начать. У Вас это очень хорошо получится.
— Спасибо за совет адмирал, если дойду до такой жизни, то с Вас и начну. Список передаваемых кораблей Рахман согласует с Олвицем, если это будет полный хлам, то республиканская общественность быстро узнает как наш доблестный флот, в лице адмиралов Коллинза и Олвица, оказывает поддержку несчастному Сагитториусу.
— Общественная поддержка - штука переменчивая. Сегодня Вы герой, а завтра...
— До завтра еще надо дожить. Не смею больше занимать Ваше драгоценное время. И помните, я жду крейсера через двое стандартных суток.
Не ожидая ответа адмирала, Вольдемар покинул кабинет коменданта. Через оставшуюся в дверях щель до него долетели последние слова Коллинза.
— ... ты сдох!
— Все там будем, - пробурчал под нос Вольдемар, - но пока мне туда нельзя, здесь еще куча дел.
Из административного корпуса он направился к челноку, летящему на пересадочную станцию. Туда скоро должна прибыть делегация правительства Сагитториуса.
Едва открыв дверь в офис, Вольдемар понял, что делегация уже прибыла. Кроме Эскалеры, Амаэль и Рахмана в отсеке находились еще четверо мужчин. Все они, кроме женщины и отставного лейтенанта, яростно спорили между собой, и предмет их спора он уловил сразу - концессионное соглашение.
— Добрый вечер, господа и дамы, - приветствовал их Вольдемар. - "Астгартус майнинг" уже выставила условия?
Слова Дескина мгновенно остановили спор, все присутствующие повернулись к нему.
— Еще нет, - автоматически ответил Эскалера.
— Тогда о чем спор? Дождитесь хотя бы их условий, а уж потом торгуйтесь. Ведь принципиальное решение, как я понял, вы уже приняли.
— Да приняли, приняли, - ответил мужчина лет пятидесяти, которому этот спор уже, похоже, надоел. - А Вы и есть капитан Дескин?
Короткая стрижка, загорелая кожа, взгляд внимательный, слегка щурится. Несмотря на невесомость, держится уверенно, явно военный в приличном звании.
— Так точно, Вольдемар Дескин, капитан второго ранга в отставке.
— Донар Вогелейн, генерал, начальник генерального штаба армии Сагитториуса.
Представилась и остальная троица, но Вольдемар пропустил их имена мимо ушей, сейчас его больше занимала предстоящая операция.
