Теперь предстояло отыскать и уничтожить, расположенные на астероидах рудники. Республиканские разведчики, те же "Супер раты", разлетелись по поясу астероидов в поисках целей. Уничтожением их занялась ударная группа, седьмая и восьмая эскадрильи штурмовиков. Ее прикрывала третья истребительная эскадрилья лейтенанта Дескина. Уже на подходе к первой цели, Вольдемар предпочитал думать именно о цели, а не о руднике, в котором находились люди, он отдал приказ.
— Тормозим, интенсивность пол же.
Штурмовики медленно поплыли вперед, через некоторое время на связь вышел командир ударной группы.
— Триста первый, отстаете.
— Не волнуйтесь, все под контролем. — ответил Вольдемар.
После ракетного залпа обе группы вернулись на носитель, где лейтенант Дескин был вызван к командиру космогруппы. Капитан третьего ранга Вайсмюллер был истинным служакой, излишне сухой с подчиненными и излишне педантичный, он тем не менее вполне соответствовал занимаемой должности, попав на нее исключительно благодаря своим личным заслугам. Связей в штабах или министерстве у него не было.
— Почему Вы увеличили дистанцию до прикрываемой группы сверх предписанной уставом?
Вопрос вполне логичный, на месте Вайсмюллера, Вольдемар спросил бы то же самое, поэтому ответ приготовил заранее.
— Как командир прикрывающей группы, я могу самостоятельно выбирать дистанцию, в зависимости от складывающейся обстановки. Боевой устав ВКФ, часть шестая «Истребители», раздел…
— Устав я знаю не хуже Вас. — прервал его командир космогруппы. — Какие обстоятельства вынудили Вас оторваться от ударной группы.
— Отсутствие противодействия противника и характер выполняемой задачи. — отбарабанил лейтенант Дескин.
— А, что не так в характере задачи? — удивился Вайсмюллер.
— Поставленная задача предполагает разрушение гражданских объектов и уничтожение мирного населения.
— Не мы первые это начали. Но дистанцию-то, зачем увеличивать?
— Выполнение подобных задач, разлагает и деморализует выполняющих их военнослужащих. А они еще пацаны, многим двадцати нет, вот я решил держать их вне зоны визуального контакта с целью.
— Решили их нервы поберечь, и свои заодно. — догадался Вайсмюллер. — От Вас, лейтенант я такого не ожидал. Они же Ваших родителей убили! Отомстить не хотите?
— Хочу, но я солдат, а не палач. Я понимаю необходимость уничтожения сырьевой базы противника, но не прыгаю от восторга при виде уничтожения безоружных.
— Чистеньким хотите остаться, в белых перчатках воевать!
— Никак нет! Осмелюсь напомнить, я эту войну в самый первый день начал, в территориальной пехоте. И нос мне в рукопашной сломали. — Вольдемар автоматически дотронулся до переносицы. — У меня три ордена и два ранения, и не Вам мне про белые перчатки говорить!
Срыв подчиненного смутил командира космогруппы, сам он в боях почти не участвовал, и возразить лейтенанту ему было нечего.
— Хорошо, идите. Вылет через двадцать минут, задача прежняя.
Да-а, прислали подарочек. Хорошо хоть с личным делом успел познакомиться, а то перегнешь палку и схлопочешь по лицу, а то и за пистолет схватится. Рапорт Вайсмюллер писать не стал. Во-первых он не чувствовал полной убежденности в своей правоте, аргументы лейтенанта Дескина выглядели вполне весомыми, а во-вторых формально придраться было трудно, требований устава комэск не нарушил. Да и раздувать скандал капитан не хотел, кроме сегодняшнего инцидента претензий к Дескину не было, ни как к пилоту, ни как к командиру. Однако присмотреть за ним следует, решил Вайсмюллер.
Возможность присмотреться к новому комэску представилась буквально на следующий день.
— Разрешите, господин капитан?
— Что у Вас, лейтенант.
— Я слышал, к нам на носитель доставили пленного пилота, да еще и офицера.
— Доставили.
— Разрешите присутствовать при допросе.
— Вам то это зачем? Все, что нужно у него спросят.
— Мне нужно понять, с кем мы воюем. И пару вопросов ему задать надо.
Капитан третьего ранга Вайсмюллер на несколько секунд задумался. Просьба была необычной, но с другой стороны, пусть присутствует. Кому от этого хуже? Заодно можно посмотреть, как Дескин себя проявит в этой ситуации.
— Хорошо, через тридцать пять минут в помещении корабельной гауптвахты. Свои вопросы зададите в самом конце.
— Есть, через тридцать пять минут, господин капитан.
Подобранный спасательным катером астенойский пилот оказался командиром звена базовой эскадрильи, вооруженной устаревшими «Рексами» имперского производства, столь храбро, и столь же безрассудно бросившейся навстречу республиканским ракетам. Строить из себя героя пленный лейтенант не стал и на заданные вопросы отвечал, хотя и неохотно, но в достаточной степени полно. Наконец дошла очередь и до Вольдемара.
— Скажите лейтенант, почему Вы нам все выложили? Национальным героем, замученным республиканцами стать не хотите?
