– Всегда, – сказал он с улыбкой, и Эмме понравилось, как посветлело все его лицо и как заиграли мелкие морщинки вокруг глаз. Она всегда считала несправедливым, что морщины от улыбки никогда не выглядели так мило на лицах женщин.
– На самом деле в следующем месяце исполнится двадцать пять лет. Время летит незаметно.
– Кажется, что каждый год проходит все быстрее. Бабушка всегда говорила, что это происходит, когда становишься старше. Я никогда не понимала, что она имела в виду, до недавнего времени. Чем ты занимался до того, как начал работать здесь?
– Учился в колледже, пока дома не возникли финансовые проблемы и не пришлось устроиться на работу. Времена тогда были тяжелые. Для такого парня, как я, без диплома и без какого-либо опыта почти не было работы. Но твоя бабушка рискнула и наняла меня. Она знала мою мать, та когда-то у нее училась, и жили они неподалеку. Тогда я думал, что она просто замолвила за меня словечко, и только недавно узнал, что она – владелица.
– Мы сами до сих пор не можем в это поверить, – сказала Эмма со смешком.
– «Мими» стал для меня прекрасной отправной точкой. Я начал с кухни, мыл посуду. Как ты, наверное, знаешь, это низшая ступенька иерархии в ресторане. Но я был очень благодарен и за такую работу. Мне повезло, когда один из помощников официанта заболел, я заменил его, и все прошло хорошо. По-моему, – он усмехнулся, – я успел поработать на каждой должности в этом ресторане. За исключением повара. На кухне я просто ужасен. Иронично, правда? Я могу научиться чему угодно, но готовить – это как петь. У тебя либо есть талант, либо его нет.
– Я люблю готовить, – призналась Эмма. – Мне нравится играть с рецептами и пробовать новые блюда, но это проще, когда готовишь для себя. Готовить для целого ресторана… даже представить сложно. – Про себя Эмма подумала, что это не только сложно, но и крайне пугающе. Хотя она всегда восхищалась замысловатым танцем, который исполняли повара на кухне. То, как они успевали одновременно готовить несколько блюд к разным мероприятиям – восхищало.
– В хорошо управляемом ресторане, – продолжил Гэри, – и кухня и администрация работают в слаженном ритме. Беспорядок в ресторане нарушит упорядоченный поток заказов на кухне, и тогда мы узнаем, что такое настоящий хаос. К счастью, у нас хорошо отлаженная работа, и такое случается редко. Во всяком случае, не в мое дежурство.
– Я помню, как приходила сюда на обед с бабушкой, и зал был всегда переполнен. Атмосфера была такой захватывающей – нарядные гости, шум и суета, когда еду выносили из кухни. Приходить сюда всегда было праздником.
Гэри нахмурился, а затем улыбнулся так быстро, что Эмма почти усомнилась в том, что она видела.
– Тут все еще так же многолюдно в обед? – спросила она. Если судить по количеству бронирований в тетради, то так оно и было и их ждал напряженный день.
– Иногда. Правда, недостаточно часто, – признался он. – Сейчас больше конкуренции, больше ресторанов. Некоторые из новых более привлекательны для молодых клиентов, гурманов. Мы немного пропали с радаров.
Эмма окинула ресторан объективным взглядом. Цвета были теплыми и привлекательными, скатерти хрустящими, но ковер был поскучневшим, немного выцветшим и потертым. Он не бросался в глаза, но Эмме сразу подумала об этом как о симптоме, способствующим общему ухудшению состояния ресторана. Она сделала мысленную заметку обращать пристальное внимание на все во время обеда, на то, сколько посетителей пришло, что они заказали и насколько довольными или нет они остались. Она знала, что Мэнди взяла домой копии финансовых отчетов ресторана, чтобы просмотреть их вместе с Кори. Они оба прекрасно разбирались во всех тонкостях финансовой отчетности.
Джейсон, повар, вышел из кухни полчаса спустя и протянул Гэри листок бумаги с фирменными блюдами на обед.
– Что ты думаешь о роллатини? – спросил он Эмму.
– Невероятно! Очень вкусно, спасибо огромное.
– На здоровье, – Он улыбнулся и повернулся к Гэри. – Во сколько те садовые дамы захотят свой суп?
– Не раньше половины второго. Они будут с полчаса наслаждаться своими коктейлями, прежде чем мы их прервем обедом.
– Ну, конечно. – Повар покачал головой и направился обратно на кухню.
– Он тоже давно здесь? – спросила Эмма. Она догадалась, что Джейсону было уже ближе к шестидесяти.
– Не слишком. Лет пять, наверное. Он работал по всему Норт-Энду, прежде чем переехать сюда. По-моему, что он уроженец Бостона, из итальянской семьи. Это видно по его фирменным блюдам. Роллатини, брачиоле, эскароле и суп из белой фасоли с итальянской сладкой колбасой.
– О, брачиоле, разве это не то мясо, которое фаршируют и сворачивают в рулет, а затем часами готовят в соусе?
– Оно самое! Кажется, тема сегодняшнего дня – роллы. – Он усмехнулся. – Ты просто обязана попробовать брачиоле сегодня днем, когда народу станет поменьше. Это звучит как клише, но оно действительно тает во рту.
