— А ну-ка, ещё чуток кверху, — перебил его Обрыв и последним усилием, в рывок, открыл одну дверцу шкафа. — Так, что тут у нас прячут? — довольный успехом, он сунул руку за вторую дверцу, которая щёлкнув шпингалетом тоже открылась.
Внутри было шесть полок с плотно уставленными на них книгами, тетрадями и свёртками.
— О!!! Мелки! — по-детски радостно воскликнул Малыш и потянулся к полке, на которой лежал открытый пластиковый пенал, до отказа забитый деревянными палочками различных цветов.
— Это карандаши, грамотей, — усмехнулся командир, продолжая бегать цепким взглядом по полкам.
— У меня в детстве такой был один, красный! — огромный сияющий от счастья ребёнок перетащил аккуратно пенал на стол, пододвинул стул и взгромоздился на него, поджав под себя ноги. Он так увлечённо принялся пробовать каждый карандаш, чиркая на столе, что совсем не замечал напряжённого потрескивания стула.
— Почему из шкафа дует? — Обрыв уже принялся обнюхивать своё открытие.
— А! Так за ним вентиляционный канал, — успокоила его Тетёрка. — Оттуда всегда начинает дуть, когда кто-то там, в коридоре, открывает дверь, — она через плечо большим пальцем руки указала на дверь за своей спиной. — Вон, кто-то идёт. Наверное, к нам, — сказав это, звучно захлопнула свою книгу и вскочила с кресла.
Этот резкий звук вынудил увлечённого карандашами Малыша вздрогнуть. Металлический щелчок лопнувшей сварки, и бедный стул с грохотом сложился под весом молодого разведчика. Тот суетливо вскочил на ноги, которые пару раз подкашивались, толи от волнения, толи от зуда вновь открывшихся в них вен.
— Ого! Судя по шагам, идут более пяти человек, — прогоняя улыбку с лица утвердил Обрыв.
— Да, сюда, — кивнула Тетёрка и повернулась на кресле к двери. — Человек семь, по-моему, — она встала и зашла за спинку кресла.
— Где, говоришь, теперь стоит Малая Рысь? — сделав вид, что сразу не запомнил, снова спросил Четвёртый Мангер. — Что-то там ты про степь говорил, реки, ещё что-то?
— Ну я ж говорю! — уже немного выходя из себя, принялся повторять Малыш. — Если отсюда туда, то идти надо на восток почти всегда, до большой реки, это дня три ходу без долгих посиделок. А река очень большая, там ещё поискать место поуже придётся, так как броду вообще не найти. И плот мастерить придётся, скорее всего, если наш не найдётся. А это считай день, а то и полтора. Старик, ты же записывал это уже?! — он обратился к пожилому мужичку, сидящему за отдельным столиком с настольной лампой, с правой стороны от него была уже приличная стопка исписанных листков. — Ты бы поискал там у себя да прочитал им, вот! — Малыш, психуя, ткнул пальцем в сторону сидящих перед ним троих чиновников.
— Да не нервничай ты так, — ровным голосом продолжил допрос всё тот же. — Малыш, а как твоё имя? Не прозвище, а имя. Как тебя родители назвали?
— Это имя! — утвердительно ответил тот и, сложив руки на груди, откинулся на спинку стула. — Родители всегда так называли. По-другому никак!
— Вот как? Ну что ж, хорошо, Малыш, — Мангер встал, обошёл стол и приблизился к нему на расстояние руки, слегка наклонился, всем видом показывая, что теперь разговор становится сугубо личным. — А ты же сможешь без своих друзей вернуться к стоянке Малой Рыси и провести с собой отряд?
— Да вообще без проблем, хоть сейчас пошли.
— Прекрасно, — Марк одобрительно похлопал его по плечу, выпрямился и направился к своему месту.
Обходя край стола, он наткнулся на выросший из тёмного угла силуэт Штирлица. Парень заметно дёрнулся от испуга, но сдержал себя в руках. Тень в капюшоне еле слышно прошептала ему пару фраз и, отшагнув назад, растворилась в тёмном углу. Чиновник оправился, ещё секунду постоял в раздумьях и вернулся в своё кресло.
— Мне кажется, ты уже устал от нас, Малыш, да?
— Я вообще ничего не понимаю, — буркнул себе под нос тот.
— Господа, — молодой дипломат-духовник обратился к сидящим рядом коллегам, — у вас есть ещё вопросы к молодому человеку? Давайте отпустим его, сами чуток передохнём и пригласим следующего.
— Ох, давно пора уже, — обрадованно вздохнул здоровяк в военной форме. — Мне надо выйти.
— Иван, проводите парня в его отдельную комнату, — распорядился Марк. — И пригласите к нам его боевую подругу.
— Хорошо, — Грозный Ваня положил свою тяжёлую руку на плечо всё ещё сидящего на стуле разведчика и жестом свободной руки приказал ему покинуть помещение.
— Ах да! — решил добавить распоряжений молодой чиновник. — И смените писаря, он уже сильно устал.
За дверью в такой же по размерам комнате кроме трёх бойцов из отряда Грозного Вани уже ожидала своей очереди Тетёрка. Малыш, провожаемый вооружённым охранником, проходя мимо неё подмигнул и улыбнулся, намекая, что ничего страшного не случится. Та, хоть и осторожно, но улыбнулась в ответ.
