– Слушай! Зачем нам эти коллекции дикорастущих, если у нас периодически народ голодает? Ему деньги давали для этого!
– Дело в естественном отборе. В природе выживает только тот вид, который сумел приспособиться к условиям окружающей среды. У которого на генном уровне закреплена гамма свойств, позволяющих ему выжить. Искусственный отбор этого обеспечить не может. В результате имеем сорта-скороспелки, у которых свойства не закреплены и устойчивость нулевая. Главное дело он сделал: семенные станции во всех районах СССР созданы, и большое число селекционеров сейчас работают и собирают сведения об использующихся сортах, погодных условиях и тому подобное. Они и подберут наиболее нужные им сорта для данного региона. А свойства, свойства будут черпать из той коллекции, которую собрал Вавилов. Там собран генофонд почти всей планеты, и сделаны описания каждого растения в коллекции. Мы должны учиться у природы, а не бороться с ней, как призывает нас Лысенко. И, поймите меня правильно, я не пытаюсь сделать из него врага народа, осудить и распять. Это не мое дело. Просто у нас в авиации есть принцип: любой аппарат, предназначенный для покорения воздушного пространства, в результате оказывается в ЦАГИ и в НИИ ВВС, где проходит испытания, даже если в КБ и на заводе он это проходил. Это – обратный контроль. Вот этот контроль над Лысенко отсутствует. Испытания подтасовываются, об успехах трубит вся пресса, а воз и ныне там. Устойчивого производства сельскохозяйственной продукции как не было, так и нет. Не растут на елке арбузы, хоть убейся. А эту псевдонауку преподают который год в институтах. Мы же сами себе…
– Слушай, я в этом не разбираюсь! Пестики-тычинки!
– Вот именно! Поэтому я и говорю, что привлекать к научному спору НКВД бессмысленно. Помните, перед войной, в Ленинград ездили у Климова двигатель принимать?
– Ну, ты сравнил! Там же другое дело…
– Да то же самое! Он не знал, как работает этот двигатель, а взялся его делать. Мог спросить у меня, но не захотел или постеснялся. Тут же все заговорили, что деньги он потратил напрасно, враг народа и тому подобное. Будь на моем месте Лысенко, он бы утопил Климова, а его бюро прибрал бы к рукам и его результаты. А так мы имеем и двигатель Лозино-Лозинского, и двигатель Климова. Здоровую часть агрегатов отделили от негодной и получили то, что хотели, добавив каждому недостающие элементы. Где взяли? В коллекции!
– Практически убедили, Святослав Сергеевич. Да и ходатайств о нем много. «Сам» что сказал?
– Промолчал, не запретил обратиться к вам, сказал, чтоб все было по закону.
– Вот и хорошо. Но с тебя третий цех, что хочешь делай, а он должен вступить в строй в этом году. Нэ успэваем!
Пришлось отложить дела, чмокнуть супругу и вылететь в Глазов, смотреть, что Ласкорин успел предпринять на месте.
