Он схватил ее за бедра еще крепче, тело его начало содрогаться. И напоследок он еще раз вонзился в нее. Сидни не успела даже вдохнуть, как волна удовольствия накрыла ее. Она выкрикивала его имя и понимала, что сейчас Малик ликует: он овладел ее телом и ее душой.
Сидни хотелось большего. Больше Малика, больше наслаждения…
Спрашивать не было смысла, вскоре ожидалось продолжение — Малик пытался восстановить силы. Ему вновь нужно было взять себя в руки и осознать ситуацию.
Ох уж этот контроль!
— Ты в порядке?
Сидни покачала головой и уткнулась в его плечо. Его пульс зашкаливал — все-таки контроль над собой он потерял. Прошло некоторое время, и Сидни наконец собралась с мыслями.
Малик нежно коснулся пальцами ее подбородка. Он пытался поймать ее взгляд и нахмурился.
— Я сделал тебе больно? — спросил он с нежностью в голосе.
— Нет! — ответила она. — Нет, конечно же нет!
— Хорошо, — сказал Малик. — Потому что, Сидни, ты мне нужна.
Он вновь поцеловал ее, а она подалась к нему и раскрылась вся, впуская его в себя. Их тела слились, движения были ритмичными. Сидни отдалась ему полностью, растаяла в его объятиях.
Она обвила его бедра ногами, выгнула спину так, что теперь ее обнаженная грудь прикасалась к его торсу. Его губы ласкали ее шею, он шептал какие-то слова на арабском, а затем наклонился ближе и взял в рот ее сосок. Девушка испытывала подлинное наслаждение. Все ее тело словно горело в огне. Сидни была готова к очередному сокрушительному оргазму.
У нее было впечатление, что она может взорваться от переполнявших ее эмоций в любую секунду. Ритмичность нарастала, движения Малика стали резче, объятия крепче. Его рука скользнула к ее клитору, Малик начал ласкать его, доводя Сидни до исступления.
Всплеск наслаждения не заставил себя долго ждать. Она ощутила, как волна удовольствия распространяется по всему телу. В этот момент с губ сорвалось его имя.
На этом все не закончилось. Девушка, держась за него, содрогалась в сладостном экстазе. Малик продолжал двигаться, замедлив темп, не столь яростно. И Сидни понимала: он хочет, чтобы она успела насладиться каждым мигом.
— Малик, — произнесла девушка.
— Еще раз, Сидни. Я хочу увидеть, как ты кончишь еще раз.
Она прикрыла глаза, стараясь не обращать внимания на возбуждение, зарождавшееся вновь где-то в глубине. Сидни уже была без сил.
— Я не могу, — чуть ли не плача сказала она.
— Ты можешь.
Его фраза прозвучала словно приказ.
Малик приподнял ее за бедра и понес в спальню. Их тела все еще представляли единое целое. В его глазах горели страсть и желание. Он аккуратно положил девушку на кровать, вышел из нее и опустился ниже. Прежде чем она успела возразить, он проник внутрь своими пальцами. Кончик его языка коснулся ее нежной плоти, губы начали посасывать клитор, усиливая интенсивность и скорость ласк.
Сидни рыдала, умоляла его остановиться, эти сладостные муки было невозможно выносить. Она никогда не сможет оставить его, никогда не сможет полюбить другого или быть с другим.
— Еще раз, — напомнил он ей и довел ее до очередного пика наслаждения.
Когда девушка снова испытала оргазм, Малик начал покрывать поцелуями самые чувствительные места ее тела.
— Ты хочешь меня, Сидни?
— Ты же знаешь, что хочу.
— Тебе этого недостаточно? — спросил Малик.
Девушка покачала головой. Она хотела, чтобы он вонзился в нее, хотела слышать его учащенное дыхание.
Малик положил ее на живот и поставил на четвереньки. А затем погрузился в нее до конца. Он приобнял ее за талию, прижал к себе и продолжал двигаться. Он мог бы проявить нежность, но вместо этого дико и резко вонзался в нее. Нельзя сказать, что их поза или же движения были полны романтики и нежности, но ей этого и не хотелось.
Сидни испытала сладостное наслаждение, истинный взрыв эмоций, а тело забилось в конвульсиях. Малик же крепко впился руками в ее бедра и продолжал ритмичные движения. На этот раз он кончил следом за Сидни, его тело напряглось, и он выкрикнул ее имя.
Ей нравилось, когда Малик терял над собой контроль. Сейчас Малик дрожал от наслаждения, и виной тому стала сама Сидни. Она чувствовала себя властной, сильной и желанной.
Его пальцы поглаживали ее спину, прикосновения были нежными и трепетными. Малик лег на спину, и Сидни повернулась к нему. Он протянул руку, чтобы убрать ее непослушные волосы с лица, а затем притянул к себе и страстно поцеловал.
— Ты меня погубила, — пробормотал Малик.
Сидни подумала, что все как раз наоборот: это он погубил ее. Не важно, что произошло между ними, сколько дней им осталось провести вместе, чувства ее никуда не денутся. Время и расстояние ни к чему не привели. К глазам подступили слезы. Одна лишь ночь в его объятиях расставила все по своим местам.
Когда Малик проснулся, в шатре все еще было темно. Он не помнил, когда именно умудрился избавиться от сапог, но был этому рад. Рядом лежала Сидни, свернувшись калачиком. Он приподнялся, опираясь на локоть, и наблюдал за ней с улыбкой на лице, поправил ее волосы, убрав прядки со лба. Ему всегда нравилось смотреть, как Сидни спала.
