Рецепт идеальной жены полностью

Элис показала на левую сторону живота возле бедра.

– Уже все прошло, кажется, все о’кей. – Она выгнула спину, потом потянулась. – Все хорошо.

– Точно?

– Мышечный спазм, вероятно, – сказала Элис. – Видите? Я говорила вам, что не создана для работы в саду.

Салли улыбнулась, затем осторожно, как многие пожилые люди, нагнулась и подняла букет.

– Пожалуй, сегодня вам не надо ничего тут делать. Полежите, подняв ноги выше головы, и выпейте чего-нибудь холодного. Это совет доктора.

– Слушаюсь, мэм.

– Сегодня я ночую у подруги, – сообщила Салли, – но завтра мы увидимся и подумаем, что еще можно посадить на месте наперстянок.

Салли ушла, а Элис рассеянно потерла бок, глядя на три дыры в земле, и решила просто засыпать их землей, и все.

– Ты позвонила маме? – Они лежали в постели, Элис листала Ladies’ Home Journal, который взяла в подвале в новой пачке, а Нейт положил на колени ноутбук Элис и просматривал образцы кафеля для ванной. Ей не нравилось, что он взял ее компьютер – она боялась, что он обнаружит, как непродуктивно она работает над книгой, – но на его ноутбуке загружалось обновление, и она не могла отказать Нейту.

– Пока нет. Я позвоню ей завтра, – ответила Элис. Ведь Нейт сам знает, что это не срочный вопрос. Речь шла о поездке в Калифорнию на День благодарения. Большую часть дня Элис лежала на диване – она и сейчас была с грелкой, – поэтому они поужинали тем, что было в холодильнике, и легли спать раньше обычного. Нейт, по-видимому, обнаружил тестовую полоску, потому что ее не было на тумбочке, когда Элис зашла в ванную умыться. Но он ничего не сказал, и она тоже молчала.

– Что скажешь об этих черно-белых сотах? – спросил Нейт, разглядывая на экране образцы кафеля. – Ты хочешь что-нибудь нейтральное или цветастое?

– Конечно. О’кей, – пробормотала Элис. Она погрузилась в чтение статьи о важности простого белого уксуса в домашней кладовке (для варки яйца-пашот, мытья окон, ополаскивания волос). Она по-прежнему была раздражена запиской мужа и тестовой полоской, а еще своей удручающей неготовностью поговорить с ним об этом и поэтому молчала весь вечер. Впрочем, он был уверен, что она не в духе из-за плохого самочувствия – неутихавшая боль из-за «мышечного растяжения» портила ей настроение.

– Эли, ты даже не слушаешь меня.

– Хм, что? Я слушаю. Просто я читала о чудесах, связанных с уксусом. Большая новость для женщин в пятидесятых.

Он отложил ноутбук в сторону – там были открыты не меньше дюжины страниц, а на экране был блог «Как самому облицевать кафелем ванную. Пошаговая инструкция» – и подвинулся к ней, положив ей на плечо подбородок и посмотрев в журнал. Потом захлопнул его, чтобы изучить обложку, но Элис успела подложить палец.

– Ты и об этом вычитала там? – спросил он, показав на множество узелков на голове Элис. Она накрутила пряди волос на кусочки ткани, которые вырезала из старой футболки, а концы полосок завязала узелком. Этот способ обещал каскад блестящих кудрей наутро, во всяком случае, согласно старому журналу.

– Да. – Элис похлопала по узелкам в волосах, пружинивших под ее пальцами.

– Тебе идет, – сказал Нейт, и она усмехнулась. Такие узелки никого не могли украсить. А Нейт положил ей на живот ладонь, ласково погладил. – Ты нормально себя чувствуешь? – Он прижался к ней, его дыхание щекотало ей шею. Его руки обхватили ее, ладони накрыли ее груди, и у нее сразу напряглись соски. Тут Элис сообразила, что показала тестовая полоска – начало овуляции.

Вопреки ее решимости не реагировать на ласки мужа – из-за дурацкой записки дурацкой полоски и его теперешних намерений, – ее предало собственное тело и отозвалось на его прикосновения. Руки Нейта гладили ее сквозь тонкую ткань ночной рубашки, губы спускались по шее и остановились на лопатке. Элис подняла руки, чтобы он стащил с нее через голову рубашку. Но узелки на голове помешали этому.

– Тяни, – сказала Элис сквозь ткань, потому что Нейт боялся причинить ей боль. Вскоре она лежала голая на одеяле, и Нейт положил ее на себя.

– Так лучше для твоего оргазма, – сказал он, держа ее за бедра. Ну, конечно, как же иначе? Но Элис понимала – он считал, что так она легче забеременеет, и старалась игнорировать его слова.

Закрыв глаза и вскинув подбородок, она двигалась на нем, с каждым движением ускоряя темп; в ней под стоны Нейта нарастало возбуждение, и тело требовало разрядки.

– О! – Элис ахнула, ударила руками по груди мужа и вонзила ногти в его кожу. Огненный шар боли вспыхнул в ее животе. Нейт поморщился и, засмеявшись, схватил ее за руки, не очень понимая, что происходит.

– Тише, малышка, – пробормотал он. – Иначе у меня останутся шрамы.

Элис даже не могла дышать – болело еще сильнее, чем тогда в саду, тело словно разрезали пополам. Она скатилась с мужа и свернулась тугим клубком в изножье кровати, как это делают в саду колорадские жуки, чувствуя неминуемую опасность.