Марина увидела всё это, считала дружеские эмоции и порадовалась за ребят. Сама она, несмотря на приклеенную улыбку, здорово мандражировала весь день. А к вечеру почти ощутимо тряслась от волнения. Во-первых, она помнила о своём желании развода через год. А прошло всего полгода, и она САМА добровольно согласилась узаконить брак. Ей казалось герцог обязательно припомнит ей и укорит. Но герцог ни разу даже не намекнул на её прежнее нежелание. Наоборот, он, казалось, был искренне рад и счастлив и как будто забыл обо всех их разногласиях. Сама же Марина не могла так просто выкинуть их из памяти. Да, она простила уже давно Итона. Да, она влюбилась уже в него по уши, но забыть первые минуты знакомства не могла. «Может попросить Зою Николаевну стереть эти моменты? — подумала Марина. — А то ведь жить не дадут. Так и буду морозиться постоянно».
Она взглянула на гостей, которых набралась уже полная гостиная, на время поняла, что пора приглашать к столу. Рядом немедленно оказался Итон: взял её под руку и обратился ко всем:
— Дорогие гости! Позвольте нам с женой пригласить вас на небольшой ужин в честь нашего свадебного обряда. Да, мы помним, что он состоялся ровно полгода назад. Но так сложились обстоятельства, что тогда мы не смогли провести обряд до конца. Мы сделаем это сегодня. И пусть ничто нам не помешает. Во имя Предвечной!
— Во имя! — дружно согласились гости и вышли на улицу вслед за герцогом и Мариной.
И было всё, как на настоящей свадьбе: подарки, поздравления и пожелания, песни и танцы. Марина с графиней даже исполнили дуэтом «Очи чёрные». Оказывается, этот романс был написан аж в 1843 году, о чём Марина, к стыду своему, даже не знала. Она считала его рождением начало двадцатого века.
Итон, слушая их исполнение, не сводил с Марины глаз, а потом обнял её и не отпускал, повторяя иногда: «Очи чёрные… очи прекрасные», и целуя её при этом куда придётся. Кстати, такой традиции — петь за столом здесь никогда не было, так что Марина с графиней сумели порядком всех удивить. Да, собственно, и на Земле такая традиция есть далеко не у всех народов, философски подумала Марина и простила своим нынешним друзьям это упущение.
А потом настало время десерта и Ронни вкатил на площадку к столам тележку с пудингами. Он эффектно остановил музыку и разговоры. Затем сделал знак барабанщику и под мелкую дробь облил все три пудинга вином. Затем маг Тоби поджёг их магией, и они вспыхнули голубым пламенем. Гости ахнули и захлопали в ладоши. Тоби пустил в небо фейерверк разноцветных искр, а Итон пригласил всех снова к столу. Когда все попробовали новое угощение, поднялись отец Итона — Артур Риверс и его матушка — Шарлотта Риверс. Они передали им символический ключ от семейного счастья и отпустили молодых на покой.
Ужин ещё продолжался, гости, которые все хорошо знали друг друга не хотели расходиться, но их никто и не разгонял. Пусть веселятся сколько хотят. Марина и Итон были теперь в своей общей спальне. Одни. И никого не слышали, кроме себя.
— Итон…
— Мари, — герцог шагнул к жене и обнял её, заключив в кольцо рук. — Я люблю тебя, малышка. Строптивая, вредная, но такая милая, такая беззащитная, такая… моя! Люблю!
Горячий, утверждающий поцелуй обжёг губы Марины, и она поддалась этому порыву. Открылась навстречу мужу, принимая его ласку и отдавая свою. Но через пару вдохов сумела оторваться от таких сладких губ и настырно прошептать:
— Итон, беззащитная — это не про меня…
— Не-е-ет! Для меня ты такая и есть, я именно так тебя и вижу. Смирись! — улыбнулся герцог и вновь прильнул к ней в жарком поцелуе.
Пламя желания охватило обоих, они и не заметили, как оказались раздетыми и в постели. Ночь принесла их телам долгожданное единение и наслаждение. «Хочу дочку» — сразу предупредил Итон. И оба всю ночь добросовестно и с энтузиазмом трудились над этим непростым желанием. А ну как не получится…
А утром…
Марина по привычке проснулась рано, но мужа рядом уже не было. Оглядев комнату и убедившись, что Итона нет поблизости вообще, Марина не торопясь надела халат и прошла в ванную. Привела себя в порядок и вызвала Фиби, чтобы переодеться и случайно выглянула в окно. Увиденная картина поразила её: все трое Риверсов — Артур, Итон и Марвин — голые по пояс азартно скакали по площадке перед домом и перебрасывались огненными шарами! Вокруг каждого из них мощно искрилась аура огненного мага и вплетались ленты других стихий, но уже у каждого своя и не такие мощные, как огненная.
— Вот это да! — невольно воскликнула Марина. — У них что? У всех сразу появилась магия?
— У всех сразу, — раздался за её спиной голос Шарлотты Риверс, Марина и не слышала, как она вошла в комнату. — Ты сумела, девочка, снять многовековую боль их рода. Богиня не обманула: только истинная любовь двух магов вернула магию Риверсам. Значит, богиня простила их. Я не смогла когда-то сделать этого, я не сильный маг. Но теперь счастлива безмерно за мужа, сына и внука. Спасибо тебе, Марина.
— Вы знаете? Итон сказал? — спросила Марина.
