— Как только ты всё успеваешь, матушка? — улыбнулся Марвин. — Ты права, слова благодарности нужны подданным будь они подданными короля или подданными мелкого землевладельца. Я, конечно, сделаю это. А что ещё вы там с Милли придумали? Очень соскучился по ней. А поговорить ещё не удалось, — смущённо добавил Марвин.
— Поговорите на ужин. Он будет проходить на улице, Джейк пригласил по моей просьбе музыкантов, так что хорошее настроение всем будет обеспечено.
— На улице? Неожиданно! Подобный приём я однажды видел у нашего короля. Говорят, это какая-то заморская мода. А вот откуда ты знаешь о ней, скромная послушница? — шутливо поддел он Марину.
— Книги читаю, — невозмутимо ответила та и всё же решилась повторить вопрос про Соню. — Марвин, ты уверен. Что с Соней всё в порядке? Она в последнее время сама не СВОЯ.
Марвин замялся, помолчал, но всё же ответил:
— Мне неудобно говорить об этом, но Соня почти открыто предложила мне себя в качестве любовницы. Сказала, что понимает невозможность нашего брака, но хочет быть со мной. Мы поссорились. Я объяснил ей, что она моя сестра и по-другому быть не может. Я сам себя перестану уважать. Да, я даже представить не могу такую ситуацию! Честно говоря, мне даже обидно, что Соня могла сделать мне это чудовищное предложение. Теперь не знаю, что с ней делать и как себя вести, — несколько потерянно сознался Марвин.
«Блин! — посочувствовала Марина парню. — Ему двадцать лет, ну, пусть, почти двадцать один, а ума, сознания и понимания хватит на взрослого земного мужчину. Молодец!» — загордилась она пасынком.
— Хорошо, что ты со мной поделился, сын. Я пока тоже не знаю, что в такой ситуации надо делать, но мы обязательно придумаем достойный выход.
Тут дверь в кабинет распахнулась и в него влетела Милли. Взвизгнув от радости, она повисла на шее у Марвина и с ходу начала пересказ местных новостей.
— Подожди, Милли! Подожди, — смеясь покружил её на руках Марвин. — Пойдём лучше во двор, матушка что-то там придумала, и я хочу осмотреть всё до начала праздника.
— Пойдём! — Милли легко соскочила на пол, подхватила Марвина за руку и вприпрыжку потащила его за собой.
«Вот, егоза!» — по-доброму улыбнулась Марина, провожая их взглядом. Милли, хотя и было пятнадцать лет, вроде уже не малышка, но маленький рост и шебутное поведение делали из неё скорее подростка, чем девушку и в окружающие её так и воспринимали: лёгкой птичкой.
С Милли Марина переключилась мыслями на герцога, о котором так и не успела спросить у Марвина. Как бы там ни было, но она переживала о герцоге, который находился в постоянном бою уже две недели. Переживала именно о герцоге — воине, защитнике, отце Марвина, но не о муже — Итоне Риверсе. Для переживаний о муже у неё совершенно не было повода.
Она хотела пойти вслед за детьми (так они их обоих называла про себя), но неожиданно у неё запищал переговорник (здесь ещё не придумали мелодичные звонки) и Марина приняла вызов графини Зои.
— Девочка моя, — начала та без всякого вступления. — я уже страшно по вам соскучилась. Твоё крыло уже приготовили, во всех комнатах сменили бельё и шторы. Если тебе что-то не понравится, можешь потом менять по своему усмотрению. Особняк Райли тоже уже меняется, но там работы гораздо больше. Когда вы приедете, дорогая?
— Боюсь, Зоя Николаевна, что только после праздника Марвина. У нас тут небольшие проблемы образовались. Не знаю, как их и решать, — посокрушалась Марина. — А сейчас у нас начнётся праздник. Мы будем приветствовать отряд Марвина, который участвовал в рейде герцога против оборотней и заговорщиков.
— Ах, вон что! — почти перебила её графиня. — Правда, операция же проходила по вашим землям. Тогда мы с Ронни лучше сейчас сами к вам перейдём. Заодно, он познакомится с новым местом работы и своей напарницей. Представляю, как они с Бертой «понравятся» друг другу. Да и на праздниках я давненько не бывала, — и графиня отключила связь, не дав Марине сказать и слова.
Та посмотрела на выключившийся артефакт и покачала головой: Зоя Николаевна действовала в лучшем стиле авторитарных женщин — ставила перед фактом и не слушала возражений. Но несмотря на резкость, прямолинейность и жёсткость графини, Марина было очень рада её приходу. Леди Зоя была единственным человеком в этом мире, который мог полностью понять Марину и поддержать. Она была для неё сейчас самым родным человеком. «Хорошо, что придёт, — подумала Марина. — Может, подскажет что делать с Соней?» Убрав артефакт в карман, Марина всё же поспешила на улицу. Приближалось время, и пора было начинать.
Вечер только-только начал вступать в свои права. Обитатели и гости замка Фрейфорд вышли во двор в предвкушении праздника. Марина подошла к музыкантам и попросила их играть пока негромкие, мягкие композиции. Поискала глазами Марвина и нашла его рядом с Райли: мужчины что-то увлечённо обсуждали. Потом она подошла к магу и попросила его стоять у столов, чтобы по её сигналу снять стазис с продуктов. Заодно проверила и столы. Всё было в порядке.
