— Дети — это прекрасно, — заученно повторила Доменика. — Корпорация приветствует, когда ее сотрудники имеют детей. Если в семье двое и больше детей, твоему мужу будут доплачивать…
Виолетта удивилась скорее не содержанием, а тоном собеседницы.
— Корпорация заинтересована в детях? — переспросила молодая женщина. — Почему?
Доменика пояснила:
— Дети приносят стабильность. Как мне говорил муж, тогда дон Мийарес будет уверен, что сотрудник не переживает из-за сердечных дел и аккуратно выполняет возложенные на него обязанности.
Виолетте не понравилось объяснение. Антипатия к новому месту работы мужа была скорее интуитивной, чем осознанной. Ну кто станет серьезно относиться к доводу, что корпорация «Эдуардо» плоха, потому что ее шеф чуть сильней, чем следовало, прижимал Виолетту к себе во время танца? Что его взгляды были не такими скромными, как хотелось бы Виолетте? Что некоторые его комплименты допускали двоякое толкование? «Гильермо первый поднимет меня на смех, — думала молодая женщина. — Тем более, что Доменика говорит, Мийарес холост. Вот почему он так смотрел на меня! Объяснение простое, не правда ли?»
— Кстати, знаешь, что жены у Эдуардо Мийареса нет? — донесся голос Доменики. — Ни жены, ни детей! Я иногда думаю: не потому ли у дона Мийареса эта навязчивая идея о корпорации, как о семье?
— Мийарес холост?
И все-таки Виолетта чувствовала, что во взглядах корпорации на наличие или отсутствие детей в семьях сотрудников таилось что-то, вызывающее подозрение. Работник с детьми обеспечивает фирме стабильность? Уж не тем ли, что…
Пораженная, Виолетта замерла и открыла рот. Ее пронзила простая до ужаса мысль: «Уж не потому ли корпорация уверена во многодетном сотруднике, что такого сотрудника легко шантажировать?»
Она передернула плечами. «Не стоило пить столько шампанского, — с тоской подумала женшина. — Лезут в голову всякие глупости…»
Чтобы успокоиться, Виолетта решила найти мужа.
— Извини, Доменика, ты не видела Гильермо?
Супруга Эухенио Арвело отрицательно покачала головой.
— Не видела. Виолета, я еще раз говорю: брось всякую ревность к корпорации! У наших мужей приличные оклады, чего еще желать? Мой Эухенио снова где-то обсуждает свои дела. Но я знаю, что он мне не изменяет, и довольна этим, твой Гильермо также где-то ведет деловую беседу.
«Она напоминает сытую кошку, которая потеряла способность бегать! — подумала Виолета. — Уговаривает меня не ревновать мужа к работе. Чушь! Какая может быть ревность, если мы с Гильермо любим друг друга? Любить — значит верить, а не ревновать…»
— Извини, — сказала Виолетта. — Пойду поищу мужа.
— Глянь снаружи, где смотровая площадка! — лениво посоветовала Доменика.
Гильермо действительно оказался там. Он стоял у невысокой каменной ограды и смотрел на море.
Виолетта подошла сзади и положила руки на плечи мужу. Гильермо вздрогнул, но накрыл ее ладони своими и сказал:
— Виолетта…
«Он как всегда угадал!» — подумала жена.
— Ты почему грустишь? — спросила она, когда Гильермо обернулся. — Причин для плохого настроения у меня должно быть больше…
— У тебя? — не понял муж.
— Да. потому что ты отдал меня Мийаресу без драки, — ее голос был весел, но в глазах таилась грусть. — И потом, ты улизнул, когда танец закончился, я оказалась в зале без моего кавалера…
— Без какого кавалера? Мийарес оставил тебя?
Тут Виолетта почувствовала раздражение. Корпорация «Эдуардо» проникала во все поры, ее становилось слишком много.
— Я имела в виду тебя! — взгляд женщины пронзил мужа огненной стрелой.
Виолетта отвернулась к морю.
— Извини, милая, — сказал, немного помолчав, Гильермо. — Я не мог отказать дону Мийаресу. И ты это сама прекрасно понимаешь.
— Я понимаю! — повторила женщина. — Я все понимаю, Гильермо! Ты так рад, ты себе доказал, что стоишь дорого! Тебе это важно, но мне важно несколько другое…
— Что? — осторожно спросил муж.
— А ты не догадываешься? Для меня важно, чтобы я не потеряла мужа. Чтобы не променяла его на корпорацию, которая претендует на то, чтобы называться семьей. Слишком большая семья, мне до сих пор было достаточно тебя одного… — Она вспомнила о детях. — Да, Гильермо, ты знаешь, что твое начальство поощряет, когда сотрудники заводят детей? Многодетным даже положена прибавка к зарплате!
Гильермо воскликнул:
— Это намек?
Виолетта повернулась к мужу.
— Какой намек? Прямое желание, любовь моя!
— Прямо здесь, сейчас? — Гильермо улыбался.
Женщина усмехнулась в ответ.
— Здесь, пожалуй, несколько неудобно! — игриво ответила она. — Подождем до ночи, я предпочитаю, чтобы мы этим занимались в постели…
Гильермо привлек жену к себе, но Виолетта внезапно стала серьезной и отстранилась.
— Я действительно хочу детей, любимый, — сказала она. — Мы непростительно затянули с этим… Но сейчас я не о том.
— О чем же? — он недоуменно поднял брови.
— Понимаешь, мне не нравится твоя работа с трудом проговорила Виолетта. — Вот, хоть убей, не нравится — и все тут! Понимаю, это такой шанс, какого больше нам никто и никогда не предоставит. но все равно… боюсь! Я просто боюсь, Гильермо!
— Чего же ты боишься, глупышка?
