— Сегодня у тебя, Андрюха, праздник, — объявил подполковник.
— Чего это? — насторожился Асмолов.
— Не надо ныкаться, что в комп играешь. Свобода, блин!
Майор отмолчался. Давыдов по факту уже не был ему начальством, однако он продолжал его побаиваться.
— Пашкин верстак где? — строго спросил Денис.
— Девкам в дознание утащили. Зачем нам лишний? Старый штат по любому не восстановят.
Пепельница-унитаз на столе возле двери оповещала, что новое рабочее место Комарова находится здесь. На самом ходу, на сквозняке.
— Зато должность тебе крутую подгонят, — остроглазый Денис из-под газеты «Спорт-экспресс» за уголок вытянул вишнёвую табличку. — «О/у по особо важным делам». Не торопишься с «важняком»? Курочка ещё в гнезде…
— Чего ты тут роешься? — майор покраснел и спрятал табличку подальше, в нижний ящик.
Давыдова охватило острое чувство досады, что он уходит, а лентяй Асмолов остаётся.
«Рубикон позади», — одёрнул себя подполковник и ускорил шаг.
Приёмная, разделявшая кабинеты начальника милиции и его первого заместителя, непривычно пустовала. Даже секретарь, пользуясь затишьем, куда-то выскочила.
Птицын сидел, откинувшись на спинку кресла. Фирменная щеголеватость полковника плохо гармонировала с вялостью и рассеянным взглядом, направленным в экран телевизора, где шёл детский кино-журнал «Ералаш».
Здороваясь с Давыдовым, начальник КМ попытался встряхнуться:
— Как дембельское настроение?
— Если честно, не понимаю, Вадим Львович, — признался Денис, но жаловаться не стал, наоборот включил бодряка. — Вот информашку занятную по убийству принёс.
Расположившись за приставным столом, он озвучил сведения, полученные от агента.
— Стыкуется с нашей информацией об участии в этом преступлении Пандуса, — сообщил Птицын. — Жидких его давняя связь. Братаны! Тебе «Абакум» на ушко шепнул?
— Он самый.
— Источник заслуживает доверия. Как мыслишь, всё он сказал, что знает?
— Естественно, нет. Через пару дней надо ещё за вымя подёргать.
— Комаров его теперь будет опекать?
— Без вариантов.
— Объясни Павлу, как общаться с «Абакумом». Как бы он нам не захороводил парня.
— Дам подробнейшие инструкции, Вадим Львович. А по Славке Пандусу глухо?
— В известных адресах его нет. Отрабатываем связи по городу.
— Лешего на мызе проверяли?
— В первую очередь. Божится, что не видел Пандуса с прошлой осени. Разрешил осмотреть дом, хозпостройки. Везде пусто. Понаблюдать бы, конечно, за домом, но там на Бутовой не выставиться[190]. Частный сектор, тупик.
— Я помню, — кивнул рубоповец. — А мобильник есть у Лешего?
— Нашим сказал, что нет. Доказать обратное не можем. Он — волк-одиночка. Сотовый Пандуса, который мы знаем, три недели молчит. Сегодня должны привезти распечатку его звонков, поглядим, с кем он последнее время общался. Это ты по Жидких справку-меморандум сварганил?
— На скорую руку, — Давыдов протянул полковнику исписанный листок. — С родичами он контачит редко, лёжки у него там нет.
— Родители у него порядочные. Оба инженеры.
— Сейчас уже на пенсии. Вот устойчивая связь — Врублёвская Жанна Витольдовна, 1948 гэрэ. Хозяйка кафе «Лада». Видели, что он её навещает. Приходит поздно, сваливает рано утром. Похоже, ночует.
— Интересно. А по Ярославлю что на него?
— Крохи. Мы Жидких специально не разрабатывали, так фиксировали, что всплывало. Состоит на учёте в ОПГ «Дельта», имеет кличку «Залётный». Живёт на съёмных квартирах, адресов нет. По транспорту данные устаревшие — ВАЗ-2109 цвета «изумруд», регзнак там я указал… Но эту «девятку» он давно поменял. Надо адмпрактику поднять по линии ГИБДД. Такие перцы по правилам не ездят. Сто пудов его тормозили. По протоколам тачка проявится.
— Спасибо, Денис. Большое подспорье. Агентурную записку Комаров оформит?
— Вадим Львович, вы распорядитесь инфой сами. Не хочу своим отдавать. Пашка напишет, а весь жар Булкин с Асмоловым загребут. Напёрсточники!
— Видишь, Денис, какие последствия от твоего скоропалительного ухода. Остава-айся.
— Поздно, Вадим Львович. Приказ подписан.
— Очень жаль. Но это твой выбор. Значит, Жидких? Валера — прошаренный чёрт, трудно с ним будет, — в ходе беседы Птицын преобразился, в глазах появился блеск. — Тогда в восемьдесят девятом не удалось ему жмуров доказать. На Мишку Калинина братва стрелки перевела. Как думаешь, Денис, он живой, Мишка-то?
— Чтобы пятнадцать лет на нелегале жить, мозги нужны. А какие мозги у гаишника? У него в голове — кость.
Сменили тему, поговорили о новой жизни Давыдова — под кем он будет ходить на заводе, какую делянку ему нарежут. Не осталась в стороне и обещанная зарплата.
— Дополнительные карманы пришивай для миллионов!
Птицын поймал себя на ревности: «Дениске предложили место, а обо мне и не вспомнили!»
Гендиректор градообразующего предприятия хорошо знал начальника КМ. В одной компании ездили на охоту. Регулярно встречались на торжествах городской номенклатуры. Можно сказать, приятельствовали. Не раз и не два полковник оказывал содействие по вопросам, с которыми обращалась заводская верхушка.