Людям, которые рисковали жизнями в Лабиринтах, разрешалось носить его абсолютно везде. Да и на их мелкие проделки смотрели сквозь пальцы. Тем, кто являлся единственными добытчиками экстракта Геномов, позволяли чуть больше, чем остальным. Да и одноразовые Эликсиры, сотни рецептов которых продавались в магазинах и на улицах Нового Версаля, тоже готовились из костей и плоти обитателей Лабиринтов. Иногда с небольшим добавлением экстракта какого-то Генома.
Я попытался разминуться, но Охотник вдруг качнулся и едва не врезался в меня. Отстранившись, удивлённо глянул на меня.
—
Пошатнувшись, добавил.
— Они всё сами. А за столы я потом заплатил.
Глянув на рукоять странного вида короткого меча, который висел на его поясе, рядом с топором и револьверной кобурой, я кивнул.
— Сами, так сами. Всё в порядке.
Сделав шаг в сторону, хотел обойти его, но Охотник двинулся синхронно со мной. Снова чуть не упав, втянул ноздрями воздух. Потом огляделся по сторонам. Взглянул на меня.
— Где я сейчас? Что это за улица?
Я чуть отодвинулся от вдребезги пьяного и до зубов вооружённого Эволюта.
— Улица Китового уса.
Охотник озадаченно хмыкнул. Покачнувшись на месте, громко икнул.
— Был же в «Сером Волке». А теперь непонятно где. Ничего не понимаю.
Пьяно поведя взглядом вокруг, снова икнул и неожиданно поинтересовался.
— Знаешь, что надо делать, если ничего не понятно,
Выдохнув, я слегка развёл руками, не отрывая от него взгляда.
— Что?
Тот расплылся в широкой улыбке.
— Брать Бастилию.
Слово было знакомым. Тибо его точно упоминал. То ли какой-то дворец, то ли тюрьма в Париже. Архивисты сами до конца были не уверены.
— Зачем?
Вопрос вырвался сам собой. А Охотник, чуть подумав, пожал плечами.
— Традиция. Пусть нас всех обнулили, но традиции надо блюсти. Так люди говорят.
Я едва не поинтересовался, о каких людях речь, но вовремя отступил в сторону. Тогда как он, ещё пару секунд постояв на месте, добавил.
— Ладно. Удачной тебе охоты,
Попрощавшись классической фразой Охотников, которую те озвучивали коллегам, что отправлялись в очередной рейд внутрь Лабиринта, мужчина двинулся дальше. Покачиваясь из стороны в сторону и напевая себе что-то под нос. Судя по слову «обнулили», родился он далеко от Нового Версаля. Скорее всего, где-то далеко на востоке — там Изменение часто именовали Обнулением.
Проводив его взглядом, я устремился дальше по улице. И через несколько минут наконец оказался около нужного места. А спустя ещё две, увидел едущую машину с мерцающими шашечками такси.
Шагнув на дорогу, поднял руку. Дождавшись пока водитель затормозит, сразу же устремился к приоткрытому окну. Успел вовремя — тот как раз положил руку на рацию, собираясь сообщить своему диспетчеру о появившемся полицейском.
— Я здесь в качестве пассажира.
Тот остановил свою руку. Слегка нахмурился.
— А твоя машина? Напарник?
Глядя на него, я пожал плечами.
— Смена давно закончилась. Видишь же — рации нет. Но осталась пара дел. Надо покататься по городу.
Водитель замер, нерешительно смотря на меня.
— Ты же патрульный. Капрал. Какие у тебя могут быть дела?
Я улыбнулся.
— О, ты бы удивился. Но, если расскажу, придётся тебя убить.
Взгляд водителя метнулся к моему нагрудному жетону, силясь рассмотреть номер в темноте. Потом снова вернулся к лицу.
Секунду подумав, тот наконец определился.
— Хорошо. Но я должен сообщить диспетчеру.
Я тяжело вздохнул, и он снова остановил свою правую руку, пальцы которой уже обхватили рацию.
— Плачу по тройному тарифу. Но без диспетчера.
Настороженность в глазах таксиста не просто светилась, а сверкала. Но отказать он не рискнул. Или не захотел — тройной тариф означал, что две трети денег он сможет положить себе в карман, ни с кем при этом не делясь.
Когда я обошёл автомобиль и расположился рядом с ним, тот повернул голову.
— Куда едем, шеф?
Мгновение подумав, я побарабанил пальцами по приборной панели. И решил поддаться мысли, которая только что возникла в голове.
— К Сенату.
Повернув голову, он тихо рассмеялся, показывая, что понял шутку. А когда осознал, что я серьёзен, попытался что-то сказать, в итоге хрипло закашлявшись. Наконец прочистив горло, поинтересовался.
— Прямо в сам Сенат? Или к их дополнительному комплексу?
Посмотрев на него, я усмехнулся.
— В сам Сенат. К парадному входу.
Ещё секунду он сидел, смотря на меня с целой гаммой эмоций на лице. Но больше ничего уточнять не стал — тронул машину с места и мы отправились в путь.
Я же бросил взгляд на часы. Двенадцать минут. Столько ушло у меня, чтобы добраться сюда и отыскать транспорт. Не так много, на первый взгляд. Но только не в том случае, если речь идёт о противнике подобного уровня.
Таксист всю дорогу молчал, поглядывая на меня со смесью нервозности и опасения. Не совсем понимая, кого именно взял на борт — настоящего капрала из патрульной полиции или замаскированного под него неизвестного.