Да уж, достанется теперь молодой на орехи от этой хабалки, как из командировки вернутся, — думал он. — А может, предложить ей перевестись на работу в Торгово-промышленную палату? — озарила его мысль. — Или пусть Белоусова сначала её доведёт до нужной кондиции?.. На что-то и эта скандальная баба сгодится, получается…
По окончании концерта все отправились прямиком к автобусам, которые уже ждали на улице. Время в дороге до аэропорта коротали за анекдотами. Настроение у всех было неплохое. Все выполнили свои задачи на поездку. Закупались кто чем. Денег было не так и много на руках. Но чемоданы, при этом, были у всех полные. Хотя иллюзий никто не имел — каждый, кто выехал, вез множество подарков для тех, кто оказал содействие в выезде. И кто отделается одним подарком, еще счастливчик. Некоторые полчемодана раздадут, чтобы иметь шанс снова однажды за рубеж смотаться. А то без подарка расстроится один из тех, кто может тебя рекомендовать, или не рекомендовать для заграничной поездки, и все, больше никуда не уедешь.
Досмотр багажа на таможне проводили выборочно. Белоусова специально постаралась встать поближе к Ивлевой, сзади на несколько человек. Два её чемодана не могли не привлечь к себе внимание. И когда их открыли, Валерия Николаевна чуть шею себе не свернула, пытаясь посмотреть, что там у неё? И победно улыбнулась, увидев, что таможенника особенно заинтересовал новенький чемодан.
— Валерия, — подошёл к Голубевой майор Баранов. — Что ты тут делаешь?
Её так и так предстояло задержать. Очень удачно, что за ней бегать не надо будет. Он взял её за локоть, но она вырвалась. Ну а лицо… Рассмотрел, наконец, вблизи, что это не синяки, а какая-то грязь размазана.
— Тебе придётся проехать с нами, — прихватил он её опять и слегка подтолкнул к своей машине.
Она смотрела, как оперативники довольно бесцеремонно пакуют в свои машины её Сергея и Аркашу. Проследив за её полным горечи взглядом, Василий подумал, что вряд ли это Погашев понаставил ей синяков под глазами.
— Мне сказали с вами ехать, — подбежал к ним Курносов.
— Садись с ней сзади, — велел майор.
Она молчала всю дорогу. На вопросы не отвечала. Майор так и не смог добиться от неё ответа, почему она оказалась у ресторана.
По приезду в РУВД всех задержанных сразу развели по разным кабинетам. К допросам подключилось начальство. Василий решил побеседовать, пока что, с Голубевой. Не давал ему покоя тот факт, что она оказалась у ресторана в момент ареста Погашева с подельником. Хотя тот сам сказал, что запретил ей приходить.
— Валерия, что у тебя с лицом? — спросил он.
— А что у меня с лицом? — довольно дерзко спросила она.
— У тебя есть зеркало с собой? — подсказал он ей.
Она полезла в сумочку и, увидев себя, ужаснулась.
— Чёрт! В метро казалось, что всё стёрла, — в сердцах воскликнула она.
Достав грязный уже платок, она попыталась стереть тёмные разводы, но тщетно. Василий поджал губы, глядя на это, а она вспылила, заметив его взгляд.
— Что уставился, мент? — заорала она на него.
По-хорошему с ней не получится, — сделал вывод Василий и сменил тактику.
— Хватит, гражданка Голубева. С майором милиции разговариваете, я должностное лицо и представляю советское государство. Возьмите себя в руки. Хамством только хуже себе делаете. Так что вы делали у ресторана?
Она с удивлением и испугом уставилась на него, не ожидая такого резкого преображения, и начала плакать.
Он налил ей воды и поставил стакан перед ней.
— Итак, что вы делали у ресторана?
— Серёгу искала, — всхлипывая, ответила она, размазывая смоченным в стакане платком чёрные разводы.
— Зачем вы его искали? — холодным равнодушным тоном спросил он.
— Предупредить хотела.
— О чём?
— Что вы из милиции с Любкой! Не успела вот…
Василий посмотрел на неё пристально, она взгляд не прятала. Это она не для красного словца брякнула, чтоб позлить или отвязаться.
— Рассказывай, Валерия, — строго, с нажимом, потребовал он.
— А что рассказывать? Что Любка у метро с милиционером встретилась и пошла с ним под ручку в магазин?
— Что за милиционер? — удивился Василий, но виду не подал.
— Молодой! Улыбался ей, как родной…
— Ладно, с этим потом разберёмся. Что ты знаешь о делах Погашева и Каменщикова?
— Каких делах? — испугано спросила она.
— Тех самых, из-за которых тут с ними оказалась.
— Не знаю я ничего!
Он минут тридцать пытался поймать её на лжи, но Валерия твёрдо стояла на своём: ничего не знаю, ничего подозрительного не замечала… Погашев при ней ничего такого ни с кем не обсуждал.
Василий отправил её в камеру и пошёл узнать, как дела у остальных.
Люди Овсянникова взяли на себя Погашева, а коллеги по отделу кололи Каменщикова. Он довольно быстро сознался в том, что снимал золотые коронки с трупов одиноких пенсионеров, из которых потом Погашев и изготавливал подделки.
