Спрятавшись за кустами, он осмотрелся. Ферма уже не выглядела такой заброшенной, какой он запомнил ее, побывав здесь несколько лет назад после того, как фермер с семьей уехал куда-то на юг. Окна в хозяйском доме больше не были заколочены, двор был чисто выметен, а у большого амбара он заметил с удивлением Алонзо, который как раз передавал коробку, подозрительно похожую на фабричную, двум мужчинам, которые с деловым видом занесли ее внутрь амбара. Алонзо же, загнав машину под большой навес неподалеку, зашел за ними следом.
В Больцано Вито возвращался с ликованием. Вот оно, наконец-то! Это точно то, что мы ищем, — думал он. Хоть бы Ринальди оказался на месте, — мелькнула тревожная мысль. Хотелось отчитаться начальнику как можно скорее, чтобы он сообщил клиенту, а тот предпринял необходимые действия по задержанию воров. Возвращаться надолго на конвейер он не имел ни малейшего желания… Если все будут действовать оперативно, и его подозрения подтвердятся, завтра последний день его работы на этой чемоданной фабрике!
Прекрасно пообщались с женой по дороге домой. Галия с энтузиазмом рассказывала обо всем, что происходит у них на работе. Как хорошо все же, что приняли в свое время решение ее трудоустроить. Да, загружена. Да, приходится осваивать много нового. Но зато глаза горят, настроение отличное, энергия бьет через край.
Домой заходили в великолепном расположении духа. Однако в квартире нас ждал сюрприз. Вместо Ирины Леонидовны обнаружили Загита, в одиночку занимающегося нашими мальчишками.
— О, хорошо, что вы уже пришли, — обрадовался он. — Ирина Леонидовна срочно уехала, у Ксюши роды начались,
— Ой, мамочки! — схватилась за голову Галия.
— Отличная же новость, — сказал Загит удивленно. — Давно уже пора. Ирина Леонидовна уже предлагала ее положить в больницу на всякий случай, а тут раз и на скорой увезли…
— А Иван уже знает? — спросил его.
— Да, — кивнул тесть. — Ирина Леонидовна первым делом ему на работу позвонила, а потом побежала Ксюше помогать вещи для роддома собирать.
— Здорово-то как, — не могла успокоиться радостная жена. — Будем теперь вместе с малышами возиться. Хоть бы все хорошо прошло у Ксюши. А то поздновато роды у нее начались, уже вторую неделю перехаживает. Волноваться уже начали. Интересно, кто у них будет, мальчик или девочка? — скакала жена с темы на тему.
Я с улыбкой смотрел на нее. Галию так взбудоражила новость, что места найти себе не могла, хваталась то за одно, то за другое. А меня больше заботила ситуация с няней. Понятно, что Ирина Леонидовна теперь не сможет нам помогать. У нее свои заботы через несколько дней домой приедут из роддома. Надо срочно созваниваться с Валентиной Никаноровной и просить ее выйти к нам на работу пораньше.
Не откладывая, сразу пошел звонить новой няне. Объяснил ей наши изменившиеся обстоятельства и попросил приступить к работе как можно быстрее, если есть такая возможность.
— Не волнуйтесь, Павел. Никакой проблемы нет. Я, конечно, рассчитывала, что первые пару дней буду заниматься детьми в присутствии кого-то из вас, чтобы они быстрее привыкли, но ничего страшного. Не такой еще у них возраст, чтобы это было прямо вот необходимо. Думаю, мы сможем с ними найти общий язык и самостоятельно, — успокоила меня Валентина Никаноровна. — Раз обстоятельства так сложились, значит, начнем работать пораньше. Если нужно, завтра утром уже могу приступить.
— О, прекрасно, спасибо вам большое за понимание! — поблагодарил я ее, вздохнув с облегчением. — Завтра начать было бы просто чудесно. Кстати, завтра дома будет отец Галии, — взглянув на Загита, увидел его утвердительный кивок, — он очень много помогает нам с мальчишками, сможет все подсказать и помочь, если будет нужно.
— Тогда договорились. Завтра в восемь утра я у вас, — подтвердила Валентина Никаноровна, и мы попрощались.
Фух, ну и отлично. Жизнь-то налаживается. Тогда Ирине Леонидовне за полный июнь заплачу, что там уже осталось, раз сегодня уже 25 число… А ей приятно будет. Авось, по-хорошему расстанемся, без обид. Соседи, все же.
Звонок в дверь. Иду открывать побыстрее, чтобы малышей не разбудили. А то звонок, конечно, у нас специально приглушен, но некоторые любят трезвонить по несколько раз, если хоть немного задержишься. Ну и малые спят по-разному, иногда и негромкий звук способен их разбудить.
Открываю, на пороге щуплая девушка, скорее подросток, лет шестнадцати, с огромным красивым букетом роз. Штук двадцать пять, не меньше.
— Для Галии Ивлевой, — как-то взволнованно говорит она, смешно морща лоб.
— А от кого это? — озадаченно спрашиваю ее.
— Не знаю, мне лишь передать, — безразлично пожимает девчонка худыми плечиками, — так она подойдет?
— Ждите, — говорю, не понимая, почему нельзя передать мне. Она что, решила, что у нас тут коммуналка, и я просто сосед?
Иду на кухню, говорю жене:
— Тебе там шикарный букет роз принесли. Забирай, мне не отдают.
— Да ладно! — удивлённо сказала она.
Услышал, как теперь уже она расспрашивает, от кого такой подарок. Вернулась через минуту озадаченная.
