Тем более, скоро уже надо будет очередное турне по линии «Знания» совершать, хоть в этот раз по Москве, а не по Подмосковью. Это может со стороны кажется, что легко лекции читать и на вопросы любопытствующих отвечать, а мозги сушит это здорово. Несколько лекций подряд, и на этот день можно уже никакую интеллектуальную деятельность не планировать, со скрипом все будет идти и через силу.
Периодически во время работы сбивался на мысли о том, кто же у Ивана родился — сын или дочь? На момент, когда уезжал, никто еще не знал. Ирина Леонидовна, скорее всего, сама бы тут же прибежала сказать, если бы узнала, так что ее я тревожить не стал.
Ну и волновался, конечно, что в первый раз оставил детей с новой няней. Как они с ней поладят?
Ксюша сидела, замерев, не в силах даже пошевелиться. Ее накрыла паника. Разум метался, отчаянно пытаясь найти выход. Ей очень хотелось закрыть глаза и, открыв их, увидеть, что все хорошо, что ей просто показалось. Она испуганно рассматривала малыша, изо всех сил пытаясь разглядеть в детском личике черты Ивана, или, на худой конец, Ирины Леонидовны. Но не могла их найти. Не находила, потому что их просто не было. Ребенок был явной копией Рамаза. Как ни прячься, а от этой правды было не уйти.
— Ну что ты, не пугайся, — подбодрила Ксюшу медсестра, неверно истолковав ее замешательство, — с ребеночком все просто, ты быстро научишься.
Ксюша положила малыша на руку, как показывали, и начала кормить. Делала она все чисто механически, лихорадочно обдумывая ситуацию и пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Уже закончилось кормление, медсестра укатила тележку с малышами, оставив мам одних. А Ксюша все лежала и не могла собрать мысли в кучку и решить, что делать дальше.
Что же теперь будет? — в отчаянии думала она. — Как сказать все Ивану? И надо ли говорить, он ведь сам все увидит. Или не заметит? Да как не заметит? Не слепой же. О нет, Ирине Леонидовне ведь сказать придется! Она и так ее недолюбливает. А после такого просто возненавидит. А вдруг она с малышом что-то плохое сделает?
Часы летели, словно в бреду. Ксюша лежала, ела, что-то отвечала соседкам по палате, кормила ребенка, когда его привозили и думала, думала, думала… В какой-то момент ей передали записочку от Ивана. Он написал, что очень любит ее и сына, гордится ими и ждет внизу. Она махала ему, стоя у окна и даже показала спеленутого ребенка, которого принесла на минуточку по такому случаю улыбающаяся медсестра. Все это она делала чисто автоматически, без всяких эмоций, внутри нее все словно замерло в ожидании, когда же она примет какое-то решение.
А потом… Как-то внезапно Ксюша совершенно четко осознала: «Домой к Ивану мы с малышом точно не поедем». Если не сказать, то может, сам Иван и не поймет, но Ирина Леонидовна ошибаться ему долго не позволит. А как не сказать-то? Нехорошо обманывать Ваню, он хороший человек, и искренне ее любит…
Осознав это, она начала соображать, как же ей уехать из роддома к себе домой. Иван ведь наверняка приедет забирать меня с ребенком, — думала она, — и Ирина Леонидовна тоже с ним будет. Что же делать?
Поразмышляв какое-то время, Ксюша решительно поднялась и пошла на пост к медсестре. Надо дозвониться Юрке на работу, — билась в ее голове мысль.
Несколько дней в итальянской провинции почти доконали Диану. В Давосе было намного веселее, там было множество народу со всего свету. Она так поняла, что множество богатых и успешных людей постоянно приезжает в Швейцарию, и даже в маленькой деревушке есть шанс пообщаться с интересными людьми. Интересными не только для КГБ, а для нее лично. Пока что знакомств, которые отвечали бы самым насущным требованиям комитета, она не завела. Ей в Давосе попадались актёры и художники, директора предприятий и просто долларовые миллионеры — в КГБ при инструктаже говорили, что и это может оказаться однажды полезно, но лучше знакомиться с военными, чиновниками и журналистами стран НАТО.
Но это в Давосе. А здесь тоска. Больцано больше всего напоминал ей Святославль. Более зеленый, больше хорошо отделанных зданий, но провинциальная скука была та же самая. А ей, когда удавалось оторвать голову от конспектов по итальянскому и английскому, хотелось каких-то ярких впечатлений.
Но сегодня, вроде бы, дело пошло. Едем ловить воров!
Она собралась быстрее Фирдауса. Вышло так, что они втроем с Тареком и Луккой ждали его неподалеку от дома, когда он вышел из дверей. Увидев это, он смутился и ускорил шаг.
Вскоре подъехали к зданию полиции. Тут ждать долго не пришлось. Минут через пять комиссар отдал команду и две машины с семью полицейскими поехали к выезду из города по направлению к горам.
Сам комиссар сел в просторный лимузин Тарека. Любезно поцеловав ручку Диане, он начал объяснять:
