Блин, а ведь меня потом все родственники не простят, которых не позову… Раз уж я теперь не боюсь провала, то почему бы и нет, можно смело их приглашать. Думаю, «билетов пачку» на пьесу никому неизвестного драматурга я без проблем смогу купить заранее, чтобы всем своим раздать. А если вдруг все же проблемы будут? Надо заранее тогда к двум Михаилам будет обратиться.
Наверное, только маме будет точно не до такого похода, при всей ее ко мне любви и уважении, месячный ребенок на руках вряд ли позволит. Но все равно, и ее ближе к тому моменту спросить надо. А так, получается – бабушки из деревни, Инка и Петр, мы с Галией, Ахмад, Загит с женой и няня. Художников еще надо звать, не то потом узнают, что это без них прошло и обидятся. Точно обидятся, люди искусства, все же, а значит, театр им не чужд. Получается, и им тоже билеты нужны будут.
Выписал всех на один лист бумаги для точного учета, затем задумался – никого не забыл. Блин, батя же еще, да вместе с Кирой, можно даже не спрашивать. Театр – это явно ее… А пацанов можно у нас оставить, с нашими ребятами и Аришкой с Александром. Правда, не знаю, какая няня подпишется на такой мини-детский садик.
А Гриша? Точно, я же сегодня не проверял, вернулись ли Гриша с Родькой!
Выскочил из квартиры, спустился вниз, вышел во двор. Ага, окна квартиры светятся! Правда, это, возможно, дед из деревни вернулся. Надо убедиться, что это все же Гриша…
Поднялся до двери, позвонил в дверь. Дверь открыл Родька. Загоревший и лицо с какими-то слегка другими контурами, чем раньше.
Откуда-то появился Гриша, пока я его удивленно рассматривал, и сразу же объяснил:
– Комары его покусали!
– Отдыхать ездили? – расплылся в улыбке я, увидев, что и друг тоже и загоревший, и покусанный.
– Да, махнули на полторы недели к друзьям в деревню. Там и озеро знатное… Сын, понравилось тебе?
– Здоровски все было! – восторженно сказал Родька.
– Ну хорошо, а то я тревожиться начал, куда вы вдруг пропали. – сказал я, – тем более и отец твой ничего сказать не смог.
– Да я в квартире просто записку на столе оставил, приехал бы в город, так бы сразу прочитал, – махнул рукой Гриша. – Только его теперь в городе нечасто летом увидишь – жена, хозяйство, баня!
– Да, баню уже официально в строй ввели, надо и тебе тоже пробу снять, – сказал я, улыбнувшись, – представляешь, лиственницу раздобыли, чтобы изнутри оббить!
– Ну так ей теперь сносу не будет… – восхитился мой друг.
Сразу рассказал ему про премьеру в театре. Особо восхищенным Гриша не выглядел. Я поспешно сказал:
– Идти вовсе необязательно. Это я просто на тот случай пригласил, если ты вдруг театрал окажешься. А то театрала в такой ситуации не позовешь, так он твоим врагом навеки станет. Но я теперь вижу, что ты такой же, как и я, нормальный человек, так что идти вовсе необязательно.
– Какой же ты нормальный человек, если в театре твоя пьеса поставлена будет! – рассмеялся Гриша. – Теперь на тебе это клеймо на всю жизнь стоит…
– Что уел, то уел, – согласился я. И вдруг вспомнил, что вот кого еще надо обязательно позвать, так это Машу с бабушкой. Виктория Францевна меня от дома отлучит, если потом сама случайно узнает. А Машеньке, театрал она или нет, по любому с бабушкой на мою премьеру идти придется. Такая уж у нее бабушка, что спрашивать ее вовсе и не будет.
А, и кстати, надо прямо сейчас Виктории Францевне позвонить… А то знаю я одну ее подругу, которая сегодня же ей может рассказать и про репетицию, и про премьеру. Виктория Францевна может обидеться, что и на репетицию не позвал… Один вариант – быстро ей позвонить и объяснить – мол стеснялся, что все выйдет плохо, поэтому вообще никого не позвал, хотел сам убедиться, что все вышло как надо…
– Эй, Павел, ты с нами? – щелкнул у меня перед носом Гриша, – пошли, яичницей угощу.
Объедать не рассчитывающих на мое появление друзей я не стал. Отговорился тем, что нужно срочно позвонить, и я просто хотел убедиться, что у них все в порядке, пошел к себе в подъезд. Так, теперь нужно к Ахмаду забежать, притащить его на ужин к нам. Позвоню Виктории Францевне, а потом за ужином и расскажу про предстоящую премьеру, да на лицо его при этом гляну. Если там такой же ужас отобразится, как и на лице Гриши, то и приглашать не стану, сугубо проинформирую о премьере…
***
Дружинины, предварительно позвонив, выехали к брату Екатерины. По дороге, само собой, переругались – чья вина в том, что они так себя неосторожно вели.
– Говорил же, сейф нужно купить и поставить! – сокрушался Андрей.
– Да сейф купить и поставить – все равно, что всех воров проинформировать, что у нас есть, что брать! – гнула прежнюю линию Екатерина.
– Так они и без такой покупки о нас узнали… – саркастично оскалился Андрей.
Екатерина смолкла вовсе не потому, что нечего было сказать, а потому что он сидел за рулем и гнал на такой скорости, что закончиться, если он отвлечётся, все могло очень плохо.
