Все трое прекрасно понимали, про какие разумные аргументы они тут говорят. Взял бы давно уже этот Ахмад конвертик с причитающейся ему суммой, да и подписал бы всё, не мешая людям работать...
– Ну так а что вы от меня хотите, товарищи? – спросил директор. – Формальных нареканий к деятельности Алироева ни у кого нет. Хоть бы раз нетрезвым на работу пришёл, или опоздал... Дайте мне основания для того, чтобы его снять. Потому что если я сниму его, когда он проработал так немного, то он тут же может побежать с жалобой на меня в министерство. Я думаю, вы догадываетесь, какие аргументы он может там привести? Нам ещё только комиссии из министерства не хватало... Знаю я таких, как он... Активных. Если ко мне прибежал с жалобами на вас, то и в министерство точно так же побежит...
– Значит, совсем никак не можете помочь? – раздражённо спросил начальник третьего цеха.
– Никак, пока у меня не будет формальных оснований для этого. Вы вообще пробовали с ним переговорить? Может, он и сам хочет уйти со своей должности? – пожал плечами директор.
– Да кто же сам уйдет с должности, на которую только что был назначен? Ясно... Может, вы хотя бы в отпуск ему предложите уйти? А мы бы с его замом быстренько всё порешали...
– Думаете, он не поймёт, ради чего мы это затеяли? – усмехнулся директор.
– Да даже если поймёт. Может, он достаточно благоразумен для того, чтобы тихо уйти в отпуск и не мешать... – сказал начальник второго цеха.
– В принципе, попробовать-то можно. – задумчиво кивнул директор. – Тем более у него жена скоро родить должна. Можно списать на поддержку сотрудника со стороны руководства... Профсоюз еще привлечем.
– А откажется, так просто отправьте его куда-нибудь в командировку... Подальше и подольше. Да хоть в Якутскую ССР... – предложил начальник третьего цеха.
– А с какой целью? – раздражённо спросил директор. – Вернется он, увидит, что его заместитель подписал, пока его не было, да и пойдёт в министерство жаловаться. А там меня спросят, а что начальник отдела учета материалов делал в Якутии три недели? Какие у меня были основания отправлять его туда и как это сочетается с выполняемыми им на нашем заводе обязанностями и его должностью? А дальше получим министерскую проверку...
– Но что-то же надо делать, в конце-то концов! – раздраженно сказал начальник третьего цеха.
– Хорошо. Завтра вызову его к себе и предложу по случаю скорых родов жены досрочно уйти в отпуск. – сказал директор. – Но не более того. Откажется – вопрос никак не решится.
***
Очередной звонок от Тарека застал Фирдауса и Диану, когда они пришли отдохнуть в свой номер после утренних переговоров. Дело шло теперь очень быстро. Фирдаус даже выразил надежду, что возможно, завтра уже можно и отправляться обратно в Больцано.
– Сын! Здравствуй, надеюсь, теперь у вас всё хорошо, всё спокойно?
– Да, отец, теперь всё в полном порядке, мы очень хорошо продвигаемся по переговорам, возможно, завтра уже придём к финальному соглашению.
– Я вот что подумал, Фирдаус... Наверное, всё же пока ничего не подписывайте...
– Но почему, отец? – искренне удивился Фирдаус.
– Да всё никак не могу забыть об этом злосчастном происшествии с террористами из Колумбии, – сказал отец. – Мало ли там в этой Венесуэле всё будет и дальше также продолжаться, ведь нам надо будет периодически прилетать туда контролировать ход нашего сотрудничества. Я и подумал, к чему нам эти сумасшедшие риски. Лучше мы будем заказывать кожу где-нибудь в другом более приличном и спокойном месте. А для рынка Латинской Америки мы свои чемоданы можем и сами произвести. Обойдёмся без этих венесуэльцев.
– Ты хочешь сказать, отец, что мы тут зря с Дианой всё это пережили? И последние дни согласовывали эту сделку? – возмутился Фирдаус
– Ну, пойми, сын! Я же не знал, насколько в этой стране страшно делать деньги. Иногда разумно даже не начинать бизнес, когда узнаешь о подобных сложностях...
Тут уже не выдержала Диана, которая слушала с интересом весь этот разговор и по мере его приходила во всё большее негодование. Вскочив с кровати, на которой прилегла, она решительно выхватила трубку из рук мужа.
