Сатчан, получив информацию от Ивлева про визит Гришина в его двор, не рискнул позвонить Захарову. Кто его знает, будет ли тот рад обсуждать такую тему по телефону… Ну и в целом, если у тебя есть важная информация, то почему бы не появиться лишний раз с ней у начальства? Скажешь по телефону, могут и забыть со временем, кто же там тогда позвонил… А так перед глазами начальника всплывет твоя фигура. Усердного молодого человека, которому нужно делать карьеру. Не все же ему вторым секретарем ВЛКСМ сидеть в райкоме… Уже скоро третий год пойдёт, как после Святославля получил эту должность…
Новый помощник Захарова Платон Семенович уже знал, что Сатчана к шефу нужно пускать без очереди. Так что долго Сатчан в приемной не задержался. Едва от Захарова вышел посетитель, как его тут же к нему и пригласили.
– Случилось что? – Захаров мотнул головой на улицу, напоминая, что сомнительные вопросы лучше обсуждать все же во время прогулки по улице.
Сатчан помотал головой, показывая, что у него такой вопрос, что можно и здесь обсудить, и Захаров жестом предложил ему присесть.
– Ивлев звонил, сказал, что Гришин четверть часа у него по двору бродил. Каждый элемент детской площадки лично руками ощупал…
Захаров поднял брови, затем нахмурился.
– Интересная информация, – сказал он, – понять бы только, что это значит…
– Может, кто-то нажаловался, что качество у площадки не очень? – предположил Сатчан, – что он ее щупал-то, как цыган коня, что собрался угнать?
– Угнать? – уловил Захаров самое важное для себя, пропустив мимо ушей ремарку про качество. – Спасибо, Паша, может, ты и прав… Но кто бы знал, что уже и до такого дойдет… Ревнует, что ли, к идее? Хочет ее себе присвоить?
Сатчан понял, что совершенно неожиданно для себя, использовав красочное выражение, навел Захарова на важную мысль. Уж больно у шефа лицо стало сосредоточенным. Будучи опытным карьеристом, он предпочел теперь замолчать. Раз Захаров его благодарит, значит, счел его догадку умной. Неосторожно было бы теперь сказать что-то невпопад, и разрушить хорошее впечатление о себе…
После ухода Сатчана Захаров некоторое время просидел, все еще пытаясь понять, что за игру затеял Гришин с его детскими площадками. Правильно, что ли, Павел догадался, что он хочет как-то их использовать, чтобы его ослабить?
Но затем он решил, наконец, что надо окончательно разобраться с вопросом по Дружининой. Сегодня утром он, наконец, нашел ей местечко, что формально будет выглядеть как повышение, но устранит ее железобетонно от всех дел его группировки.
Им было рассмотрено много вариантов, куда ее можно пристроить. Вначале он склонялся к тому, чтобы предложить ей должность профорга в Бюро патронажных медицинских сестер СССР. Но потом Захарову, когда он припомнил личностные особенности Дружининой, стало жалко медсестер, что работают с одинокими больными ветеранами войны и труда. Она же всех их разгонит… Кто с ветеранами тогда будет работать?
Но все же он нашел место, где она точно не принесет особого вреда. Всесоюзное общество филателистов… Там, конечно, должность профорга была занята. Но, едва он выразил такое пожелание, вакансия тут же освободилась.
В конце концов, рассуждал он, даже если она совсем достанет всех филателистов в правлении, что от этого изменится к худшему в стране? На почте что, будет марок не купить? От филателистов это вообще не зависит. Так что жалко их, конечно, но Дружинину с любых направлений, важных для экономики столицы, надо однозначно убирать…
– Платон Семенович, позвоните в ВЦСПС, спросите у них рабочий и домашний телефоны Дружининой Екатерины Андреевны, профорга одного из столичных предприятий, точно не помню какого. Сообщите ей, что я хотел бы переговорить с ней завтра лично по поводу повышения.
Помощник записал и обещал немедленно заняться этим вопросом.
Захаров, конечно, знал все это. Но его помощнику вовсе не обязательно быть в курсе его избыточной информированности… Это он по его партийным делам помощник, а по другим вопросам ему ничего знать-то и не надо.
***
Гришин, когда выдалась свободная минута, сел посмотреть, как распределил площадки по городу Захаров. Затем он позвал помощника:
– Юрий Петрович, так удалось узнать, для кого Захаров распределил эти два сектора по пять детских площадок и один сектор по десять? Не обидим ли мы случайно кого-то влиятельного, кому хотел ими услужить Захаров?
– Пытаюсь разузнать, но пока ничего не получается. – немедленно отреагировал его помощник. – А если так никого и не выявим, то что следует сделать с этими площадками, где нам их разместить?
– Так... Возьми список адресов членов Политбюро, у которых есть дети или внуки. Значит, в каждом из этих дворов и разместим по одной площадке.
– Сделаю!
