Директор оказался вежливым, интеллигентным человеком с грубыми чертами лица, но доброй улыбкой на устах. И с такой шапкой волос, что мой сосед Иван мог бы обзавидоваться. Правда, в отличие от Ивана он стриг волосы достаточно коротко. Тут же начал мне с энтузиазмом рассказывать про самых редких зверей в Московском зоопарке.
Это было действительно интересно и познавательно, настолько, что у меня тут же появилась мысль: а не написать ли мне одну из следующих статей как раз про Московский зоопарк?
Правда, сразу же вспомнил о той книге, которую сам директор пишет. Если я использую в своей статье несколько его удивительных историй, то потом он, возможно, не сможет их в своей книге использовать. Хотя… В принципе, это можно сделать в статье в формате рассказа от его лица, тогда точно никаких сомнений не останется, что это его собственные истории. Другое дело, что такой формат всё же в газетах не очень популярен. Это всё же уже формат интервью, а не обычной газетной статьи. Так что, наверное, все же воздержусь.
Директор тем временем, вздохнув, с сожалением отметил, что так-то планы у него грандиозные по развитию зоопарка, но всё упирается в ограниченное финансирование.
Сказал, что он очень хочет побольше павильонов для животных перестроить так, чтобы они были на открытой местности, огороженной водяным рвом от зрителей.
– Понимаете, все эти решётки очень негативно влияют на восприятие животных нашими посетителями, словно это какие-то опасные твари. А ведь на самом деле животные – это часть нашего естественного окружения. И зачастую человек как раз намного опаснее даже диких хищников…
Я был с ним полностью согласен, и мне сразу же пришла идея из будущего, что могла бы ему пригодиться…
Конечно же, в будущем я посещал Московский зоопарк, в том числе и после той модернизации, которая была проведена, и помнил, насколько он после этого изменился к лучшему.
Вспомнил также один из способов, которым это было проделано: когда почти у каждой зверюшки появились свои спонсоры…
Сейчас, конечно, трудно ожидать, что какой-то один человек захочет объявить себя спонсором той или иной зверушки, но, с другой стороны, в Советском Союзе тысячи крепких и успешных предприятий, которым это вполне может быть интересно.
Тут же начал объяснять идею директору:
– Представьте, что вы обратитесь на ЗИЛ, к примеру, и предложите этому предприятию, что они помогут вам как материалами, так и рабочими в расширении вольера для носорогов, чтобы они уже были не за решёткой, а были огорожены водой. А вы им в ответ около этой носорожьей территории несколько табличек поставите, в которых опишите весь вклад ЗИЛа в расширение этого павильона и искреннюю благодарность этому московскому предприятию за вклад в развитие Московского зоопарка.
Дальше люди увидят, прочтут, и молниеносно информация разойдётся по другим предприятиям. На собраниях трудовых коллективов начнут спрашивать: «А чем мы хуже ЗИЛа, того самого, который над носорогами шефство взял? Почему наше предприятие ничего ещё не сделало для Московского зоопарка?»
– То есть, – сказал директор, радостно заблестев глазами, – получится, что мне ещё и особо не придётся бегать по предприятиям, уговаривая их помочь.
Все верно. Один или два раза ещё придётся, а дальше уже дело пойдёт запросто. Наверняка быстро найдутся ещё десятки предприятий, желающих отметиться на территории Московского зоопарка добрым делом.
Подумав ещё, я добавил:
– И вот что мы ещё сделаем: после того, как один такой проект успешно завершится, вы позвоните мне, я к вам тут же приеду и напишу статью об этом. Всячески расхвалю это предприятие, которое пошло навстречу Московскому зоопарку и помогает делать счастливыми всех тех детишек, которые приходят сюда с родителями. И вот после этого вам уже точно начнут звонить со всего Советского Союза, со всех его уголков, – продолжил я. – Многие предприятия решат отметиться таким же образом.
– Гениально! – сказал Сосновский радостно. – Ведь ежели это получится, мне не придётся больше обивать пороги чиновничьих кабинетов, выбивая деньги на модернизацию территории зоопарка.
– Да, когда вы работаете напрямую с предприятиями, вам деньги-то особенно и не нужны, – согласился я. – Они сами выделят и технику, и материалы, и добровольцев быстренько наберут. На солидном заводе может и пятьдесят тысяч рабочих быть в штате, что им полсотни набрать добровольцев, что обожают зверей и всю жизнь мечтали в зоопарке не просто побывать, а что-то доброе для него сделать? Вы разве что, может быть, покормите их во время работы. Вот на это деньги могут пригодиться.
То есть фактически это будет система шефства. Но не над всей вашей организацией, как это обычно принято у нас сейчас, когда берут шефство над больницей там, детским домом или школой, а над территорией отдельной парочки животных. Думаю, такого ещё никто не делал. Но уверен, что каких-то проблем с реализацией бюрократических у вас особых быть не должно. Сам принцип вполне себе законен в советском обществе.
