– Да уж, ты у нас прямо образец ответственности, детей заражаться вирусом привела, – не сдержал я сарказма. – А про маски повторюсь – дом мой, а не твой. Правила здесь мои, у себя командуй. Маски детям нравятся и будут стоять там, где стоят.
– Да много ты понимаешь?! Детям надо ветрянкой переболеть, вот и привела. Диплом медицинский получи, прежде чем говорить что-то… – выговорила мне сестра.
О, вот и контузия вылезла. Здравствуйте, давно не виделись, – мысленно констатировал я, вздохнув.
– А дети твои еще маленькие совсем, ничего не понимают. Нельзя им потакать в их капризах. Это твое дело как родителя, убирать от них все опасное и вредное. – никак не могла угомониться Инна.
– Давай я тебя тогда тоже на кухню провожу, к мужу и детям, – покладисто кивнул я, подхватывая сестру под локоть, полностью согласный с тем, что «опасное и вредное, и вдобавок громко кричащее» надо срочно от моих детей убрать…
– Я про маски, – яростно вырвала у меня свою руку сестра.
Надо же, уловила сарказм, – мысленно восхитился я.
– Да пойми же ты Паша, это безответственное поведение для родителя! – стала Инна в пафосную позу. – А-А-А! Что это?! – тут же заорала сестра, когда одна из масок внезапно вывалила длинный пушистый «язык».
Весь пафос с Инны моментом слетел. Она с визгом выскочила из комнаты. Андрюшка с Русланом дружно захихикали. В комнату тут же ворвались Галия с Эльвирой, перепуганные Инниной реакцией.
– Что такое? – встревоженно поинтересовалась жена, быстро осматривая смеющихся детей.
– Панда, блин! – только и смог просипеть я, тоже давясь от смеха.
– Фух! А я уж испугалась, – тут же поняла Галия, о чем я.
Успокоившись немного, пояснили недоумевающей Эльвире, в чем дело. А дело было в том, что наша кошка, изучив в первый же вечер подаренные капитаном маски, придумала новое развлечение, которое изрядно веселило детей и пугало нас с женой первое время до чертиков.
Панда забиралась за одну из масок и высовывала хвост в прорезь для рта, что само по себе уже выглядело эпично. Эдакий «мохнатый длинный белый язык». Так мало того, она еще начинала при этом водить хвостом из стороны в сторону, что делало зрелище просто ужасающим, особенно для неподготовленного зрителя. Мальчишки от новой задумки Панды были в полном восторге, каждый раз безудержно хохоча над этим представлением.
– Вот же проказница! Придумать такое, надо же, – погрозила кошке Эльвира, от души посмеявшись над ситуацией.
В кошке нашей бабуля души не чаяла, считая самым красивым животным, что видела в жизни, так что ко всем ее проделкам относилась с симпатией.
Но маски все же жутковатые, – констатировала она, снова рассмеявшись над «пушистым языком», который, ненадолго пропав, снова появился.
***
Посол Кубы в Советском Союзе Мануэль Диас был чрезвычайно доволен своей интуицией. Она подтолкнула его подойти к тому самому парню, который, неожиданно для всех, стал звездой на приеме в японском посольстве.
Когда он там его увидел, ожидая своей очереди переговорить с послом Японии, то поначалу решил, что он из одной из стран НАТО. Ну а что еще думать, если парень одет в дорогие вещи от европейских дизайнеров? Но пока дожидался посла Японии, услышал, что тот говорит на русском без всякого акцента, значит, он гражданин СССР.
В тот вечер он все же так и не решился подойти к молодому человеку, уж больно много с ним врагов Кубы общалось, включая и американского дипломата. Такие знакомства ему не очень нужны. Но когда увидел его на международном конгрессе, организованном Москвой, то решил, что все же стоит познакомиться с ним. К чему терять время зря, если все равно пока больше никого знакомого нет на горизонте? Ну и тем более, вряд ли на такое мероприятие Кремль отрядил бы от СССР кого-то не заслуживающего доверия, это же не прием у посла Японии, ближайшего союзника США, заклятого врага Кубы…
И теперь он радовался, что сделал этот шаг! Сразу началась цепочка приятных последствий. Парень оказался журналистом крупной газеты и своим вопросом тут же навел его на мысль задействовать для интервью Вильму Эспин. Жена Рауля Кастро была чрезвычайно влиятельна на Кубе. Неудивительно, учитывая, что к ней очень хорошо, помимо мужа, относился и сам Фидель. И перед ним совершенно четко в МИДе поставили задачу, чтобы по возвращении из Москвы домой она была всем довольна. Для такой энергичной особы это означало обеспечить вовсе не рестораны три раза в день, а задействовать ее и по политической линии.
Интервью для «Труда» оказалось в итоге экспромтом, о котором он заранее сам не подумал, но он уже знал, что окружение Вильмы оценило его очень высоко. Она и сама тоже наверняка уверена, что он заранее его продумал и специально его организовал. А ведь потом, когда статья выйдет, он еще и отправит ее диппочтой для Вильмы с лучшими пожеланиями, еще раз напомнив о себе…
А тут еще и оказалось, что русский журналист скоро едет на Кубу. И вполне может быть, что снова встретится там с Вильмой. И если повезет, то и тогда она вспомнит о том, что именно он привел его к ней.
