Отдел Тайн отлично соответствовал своему названию. Не было известно ни чем он конкретно занимается, кроме сбора знаний о магии и ее изучении, ни о точном количестве и личностях его членов, даже не было известно, когда он был основан, так как, когда Министерство Магии создавалось, он уже существовал. Более того, Хал вычислил одну закономерность — на Рейвенкло каждый год попадает от двадцати до тридцати учеников, примерно столько же, сколько и на остальные факультеты. Большинство из них учатся все семь курсов, но если поднимать старые архивы, то их число процентов на пятнадцать-двадцать меньше в некоторые годы, чем должно быть. Из этого я заключил, что над невыразимцами — безликими членами Отдела — проводился тот же ритуал стирания имени, что и я провел над своими агентами. Закрыть подобный «пробел» действительно непросто, именно поэтому книги о магах не исчезли из истории простых людей после проведения масштабного ритуала забвения, просто их стали воспринимать как сказки и легенды. Кроме того, отдел лишь формально подчинялся Министру, а на самом деле спокойно проигнорировал в XIX веке приказ Родольфуса Лестрейнджа о его закрытии, а сам Родольфус после этого скоропостижно покинул свой пост при невыясненных обстоятельствах. Абраксас сделал все, что я просил, и если встреча с занятым премьер-министром Англии состоится только через несколько дней, то Отдел Тайн я мог посетить уже сегодня. Рядом с совершенно обычной деревянной дверью, обитой металлом, меня встретил один из участников нашего Альянса, Август Руквуд. Он был членом лишь внешних отделов и многого о работе невыразимцев сказать не мог, зачастую просто физически, из-за клятв.
— Добрый день, мистер Пирс, глава давно ждет вас, — поприветствовал меня мужчина в черной мантии c копной кучерявых волос на голове.
— Если он меня ждет, то мог бы подать знак об этом, — ответил я.
— Глава… своеобразный человек. Он был уверен, что вы придете сами, и именно тогда, когда это нужно, — я сразу подумал о том, что он каким-то образом прознал о моем расследовании, во время которого одна потянутая нитка показала паутину, накрывающую весь мир. Но как?
— Хорошо, тогда ведите, мистер Руквуд, — мы вошли в круглое помещение, и как только дверь за нами закрылась, она тут же очень быстро закружилась вокруг нас, как и несколько дверей, которые мы увидели, заходя сюда. Но мы не стали входить ни в одну из них, Август подошел к кирпичной кладке, взмахнул палочкой, и появилась еще одна дверь, расширив помещение. Я спросил: — Ловушка на дурака?
— Верно, — улыбнулся мужчина. — Вы не представляете, сколько идиотов мы находим каждый год в фальшивых и несекретных отделах. Лучше показать ложный путь, чем заставить искать истинный.
— А если бы ваш глава не был заинтересован во мне, то…
— Вам бы показали один из не особо важных архивов, информацию, содержащуюся в котором, вы могли бы найти и так. Вы бы разочаровались и больше сюда не приходили, — улыбнулся он. После этого мы вошли в длинный коридор со множеством дверей, чем-то похожий на тренировочный зал моего Авейлона.
— Вы, наверное, подумали сейчас, что это помещение похоже на ваш карманный мир? — я напрягся, готовый вызвать саблю и палочку. — Не беспокойтесь так, мы уже пришли.
— Добрый день, мой ученик, — в кресле сидел… ребенок лет десяти на вид. Он выпил стоящее рядом зелье и стал выглядеть как мой учитель, Финеас Блэк. — Что встал как истукан? Или не рад меня видеть?
— Учитель… Но как? Неужели вы мне врали? — подойдя ближе, я оказался в его объятьях. Но до сих пор был готов к бою, ведь это все может быть иллюзия или морок.
— Ну, не сказал тебе, что я собирающийся уйти на покой глава Отдела Тайн, так что теперь, трагедию из этого делать? Сам подумай, может обладать изгнанник теми знаниями, умениями и связями, что и я? Никакие деньги не позволят нанять магистра боевой магии, если тот этого не захочет. Присаживайся, нам есть о чем поговорить, — я пришел в себя и сел в расположенное в помещении кресло. Только сейчас я заметил, что мы находились в довольно странном помещении, где все было сделано в древнеримском стиле: белоснежные колонны, мрамор, даже стол и кресла были из него. Но сел я будто на воздушную подушку. — Пора тебе узнать об Ордене Хранителей, мой ученик.
— Подождите, — сказал я. — Сначала расскажите, как прошло ваше возрождение.
— Как ты и говорил, ритуал был очень неприятным и болезненным. Но даже из него я смог извлечь выгоду. Поглотив несколько нейтральных и неразумных перемолотых чарами духов, а также используя зелья нашего общего друга Медичи, я восстановил оторванную часть души, а она, после возрождения в теле младенца, добавилась и сделала меня чуть сильнее. Но использовать это как способ поднятия силы я бы никому не посоветовал, — ответил мне Финеас, покрутив в воздухе ладонью. — В качестве своей матери я выбрал одну сильную, молодую, но неизлечимо больную волшебницу, которая за излечение согласилась родить от меня дитя. А там молодильное зелье, афродизиак, ну, сам понимаешь.
— Понимаю, — усмехнулся я.
