После освоения своих способностей и проверок нового тела, я прогнал через процедуру «титанирования» всех желающих. Для этого необязательно было обладать метаморфизмом, да и риски минимальны. Единственная проблема — тело титана потребляло довольно много магии, так что те, у кого скорость выработки маны была слишком низкой, не годились. Так что в основном через нее прошли мои секретные агенты, отряд специального назначения, ученицы и Финеас. На этот раз даже Нарцисса не устояла. Все они были моими доверенными людьми и помогали создавать тело титана, так что я не имел какого-либо права отказывать им в этом. Кроме того, я освоил знания Гриндевальда, которые мне скинул Хал.
Если отбросить общеизвестные факты о его одержимости дарами смерти, превосходством магов над магглами, а также, на почве этих двух тем, дружбой с Альбусом Дамблдором, то выходит следующая картина. Альбус и Геллерт в желании найти или повторить эти древние артефакты вышли на связь с Николасом Фламелем. Тот поддержал молодых дарований и вначале просто давал советы, где найти тот или иной артефакт. Именно он подсказал Гриндевальду, что бузинная палочка находится у мастера палочек Григоровича, а Дамблдору о родовом артефакте Поттеров — мантии-невидимке. Но вместе с тем он делал их должными себе, пока однажды не предложил ученичество по старому ритуалу. С одной стороны, такой ритуал заставляет учителя не просто на отвали обучать учеников, но добротно и качественно всему, что тот хочет изучить. С другой же стороны, ученики становятся практически рабами учителя. И стоит понимать, что Николас родился еще в те времена, когда о гуманизме не слышали, а если нужны были разумные жертвы, то маг спрашивал только о количестве, поле и возрасте этих жертв. Поэтому и методы обучения у него были соответствующие. Круциатус был еще не самой болезненной и мерзкой мерой воздействия. Фламель погрузил руки учеников в грязь, дерьмо и кровь по локоть, а также посвятил их в то, как на самом деле обстоят дела в мире. Маги не просто хирели. Церковь восстановилась гораздо быстрее магов благодаря тому, что ей не нужно было сильно скрываться. После чего она исподволь, где шантажом, а где взаимовыгодными условиями, договорилась с сильнейшими магами об их нейтралитете или помощи. Были и те, кто яро отказывался, убив немало паладинов и жрецов церкви, но их было меньшинство. С тех пор магов превращали в магглов с палочками, в безвольное стадо, которым легко управлять. В магический мир вводились христианские традиции и искоренялись исконные магические праздники. Тот же Самайн превратился в маггловский Хэллоуин. По иронии судьбы, церковь не хотела уничтожить магов, она желала ослабить их и прибрать к своим рукам. Души магов очень ценятся богами, и Яхве не исключение. Да и самой церкви помощь и знания магов, верных им, никогда не помешают. По сути, тот Ватикан, о котором знают люди и маги, это лишь вершина айсберга, под ним находится целый комплекс, превосходящий по размеру и количеству магов любое Министерство Магии мира. Альбус и Геллерт после окончания контракта немного подкорректировали свои планы, и кроме захвата мира первой их задачей стала борьба с церковью и их учителем. Дамблдора Фламель прогнул, а вот Гриндевальда — нет, за что последний поплатился жизнями всей семьи. И это его еще больше разозлило, так что, собрав сторонников, тот заручился поддержкой Гитлера, разделяющего его взгляды на расовое превосходство, и пошел войной на весь мир. Это и было его ошибкой, церковь и поддерживающий ее Николас воспользовались этим, прорежая ряды чистокровных. А когда карта Геллерта сыграла, его обезвредил Дамблдор. Нет, битва была честной, никаких ударов в спину, но это если можно считать честным дуэль усталого после суток борьбы с советскими магами Геллерта и свеженького Альбуса. Впрочем, никто и не говорит, что на войне такое неприемлемо, скорее, наоборот — это основная тактика борьбы с сильными магами. Сначала измотать, а потом выставить превосходящие силы. Таким образом и оказался сильнейший темный маг последних столетий в заточении в собственной тюрьме. У меня же волосы встали дыбом. Мало того, что церковь оказалась гораздо могущественнее, чем я полагал, так ее агенты есть во всех министерствах. Теперь понятно, почему на меня так быстро вышли. Понимая, что одному этот вопрос не решить, я собрал совет Авейлона и пригласил на него Финеаса.
***
Когда я рассказал своим ближайшим сторонникам обо всем, что мне удалось выяснить, то на несколько минут расширенная гостиная погрузилась в мертвую тишину. Никто даже не подумал, что я вру, и этого не может быть, так как знали мой характер перфекциониста. Пока я не перепроверю все несколько раз и не буду уверен в информации, я не стану о ней говорить.
— И что же нам делать? — задала Пандора вопрос, который терзал всех.
— Вот для этого я вас и собрал, — ответил я. — Жду предложений.
— Зная тебя, план наверняка уже есть, — предположил Изя.
— Есть, но, как и всегда, он не без огрехов, а ошибки в этом случае равноценны смерти.
