Выслушав Арвуса, Рей представил себе зверя, который мог бы носить такую броню вместо кожи, но его отвлек хруст ветки, раздавшийся далеко впереди. Оба остановились одновременно. Парень пригнулся и потянулся рукой за спину, желая достать лук, но ему на плечо опустилась ладонь Арвуса, который, взяв свои кинжалы, указал на пояс парня, на котором висели его собственные.
«Интересно…»
Вынув оружие, Рей кивнул головой в правую сторону, давая понять, что обойдет с той стороны.
Лишь спустя почти пять минут он заметил двухметрового оленя, который медленно шагал по ночному лесу. Остановившись примерно в тридцати метрах от него, парень ударил рукоятью кинжала по дереву, подавая сигнал о готовности. Зверь тоже его услышал и повернул голову в направлении из которого донесся звук, но, так ничего и не заметив, продолжил путь, в слегка более быстром темпе.
Услышав такой же удар, донесшийся с другой стороны, Рей немедленно начал действовать. Стараясь не производить шума, он сокращал расстояние до оленя, пока не осталось всего десять метров. Еще раз ударив по стволу дерева, он выждал мгновение и рванул к добыче, занося кинжал для удара. Зверь заметил его мгновенно и, несмотря на то, что был хищным, не став сражаться, побежал в противоположном от Рея направлении. Не успел он сделать и пяти шагов, как из-за ближайшего к нему дерева появилась тень, чистым ударом пронзая его шею.
Рей не стал ничего говорить, просто молча подошел к упавшему животному, из глаз которого утекали последние крупицы жизни. Достав веревки, парень начал связывать тушу зверя, попутно поглотив его душу. Когда он закончил и уже собирался взгромоздить добычу себе на спину, Рей услышал слова Арвуса, которые заставили его замереть:
– Почему ты не пользуешься теми кинжалами, которыми добил гсарха? – хоть голос мужчины ничем не отличался от обычного – спокойный и строгий, парень сразу понял, для чего он позвал его на эту охоту.
В голове у Рея пронеслось много отговорок, но даже ему они казались бредом, поэтому он просто молчал. А вот Арвус продолжил говорить:
– Те кинжалы… Я бы не заметил, если бы это были любые другие, но эти я сделал собственными руками.
Рей шагнул назад, понимая, что лесной настроен не совсем мирно.
– Это был подарок для моего младшего брата. – сын леса чеканил слова одно за другим, сделав первый шаг в сторону парня. – Я дал их ему в тот день, когда он стал одним из элиты.
Парень медленно отходил, стараясь как можно сильнее разорвать расстояние между ними. Арвус же, будто не замечая этого, продолжил:
– Я сразу почувствовал, что его больше нет, но до последнего надеялся, что ошибаюсь...
Мужчина положил руки на кинжалы, которые уже успел спрятать, после убийства оленя. Рей же к своим даже не притронулся, он понимал, что не сможет одолеть Арвуса в подобном бою, поэтому продолжил медленно отступать.
– Всю жизнь Корвус прожил достойно, как истинный сын леса! За что же ему пришлось умереть!? – прогремел мужчина, а в глазах у него заискрилась такая злоба, что парню даже в голову не пришло в чем-то того разубеждать. Он слегка безучастно, но честно ответил:
– Он стал моей силой и другой причины мне не надо.
Теперь в изумрудных глазах лесного были уже не искры, а бушующее пламя, мгновение помолчав, он сжал рукояти так, что даже Рею было слышно и вновь заговорил:
– Я не вонзил тебе клинок в спину только потому, что ты спас мою сестру, но… – вынув из ножен кинжалы, воин качнулся всем телом вперед, – сегодня ты умрешь!
«Нельзя затягивать… Будет только один шанс.»
Отступив за большое дерево, Рей заставил Арвуса обходить его сбоку. Тот же в свою очередь, активировав очередной прием, резко ускорился, но это ему не помогло. Лесной лишь успел выставить перед собой руки с кинжалами, стараясь заблокировать огромную лапу зверя, несущуюся в его сторону.
Удар мужчине и правда удалось принять оружием, но его тело отлетело почти на десяток метров, пока с глухим звуком не врезалось в ствол другого дерева. Выплюнув полный рот крови, Арвус попытался подняться, но его левая рука, на которую пришлась основная сила удара не шевелилась, правая же хоть и могла двигаться, но болела настолько, что мужчина застонал, оперевшись ей о землю.
Из-за дерева Рей вышел уже в форме лесного. Вот только полностью обнаженным – броня порвалась на лоскуты во время превращения. Парень заговорил со своим учителем, который попытавшись подняться снова свалился наземь, выплюнув очередную порцию крови:
– Я не собирался вредить ни тебе, ни кому-то еще. Знай же, что умереть ты решил сам. – в тот момент Рей не совсем понимал, зачем говорит эти слова. Они вырвались у него непроизвольно, будто какое-то оправдание.
Арвус не мог ответить. Все его силы уходили на тщетные попытки вдохнуть, но от легких тоже мало что осталось – столько силы было вложено в один единственный удар гсарха.
– Я считаю тебя великим воином и несмотря ни на что уважаю и сейчас. Мне даже немного жаль, что все так случилось…
