Старик помотал головой:
– Вы были один. Как и мы. – Он описал круг рукой.
В комнате за его спиной сидели, стояли и бездельничали несколько десятков человек. Мужчины и женщины, все потрепанные, но богато одетые, все высокие, по-палатински симметричные, с идеальными фигурами. Старик положил ладонь на грудь. У него были очень длинные ногти.
– Ким Хе Сон, барон… бывший барон Мунсина.
Значит, не ниппонец. Мандари?
Я повторил его жест, невероятно удивленный тем, что за мной, пока я был без сознания, ухаживал нобиль, владевший целой планетой.
– Адриан Марло. Мой отец – архонт Делоса.
– Делоса! – вытаращил глаза старик. – Это же в Орионе! А из какой констелляции?
– Виктория. – Я не видел причин лгать.
Старик побледнел и вскочил так быстро, насколько позволяли его старые кости.
– Вы из пэров? – Он поклонился. – Милорд, я… я не знал.
– Барон Ким, я нижайший из пэров, – ответил я. – Это я должен поклониться вам, когда смогу пошевелиться.
– Чепуха, чепуха! – возразил старик и уселся на оттоманку. – Носитель звезды Виктории и родственник его величества не должен кланяться мне. Мой прадед был всего-навсего кораблестроителем. – Он дотронулся до рубиновой броши, которой был заколот его пластрон. – Но вы так молоды! Слишком молоды, чтобы быть здесь? – произнес он вопросительно, озираясь вокруг.
Проследив за его взглядом, я увидел множество седых голов и вдруг понял, что все здесь, кроме меня, были стариками, пусть и сохранившими величественную осанку.
– Что это за место? – спросил я наконец, не додумавшись до лучшего вопроса. – Что за тюрьма?
– Тюрьма? – удивился лорд Ким. – Тюрьма? Нет-нет, мой мальчик, нет. На Воргоссосе нет тюрем. Оскорбившим Вечного предлагается выбор: стать одним из его солдат или быть, гм, изгнанным.
– И кто выбирает первое? – серьезно спросил я.
– Те, гм… те, кто не хочет замерзнуть до смерти на поверхности. – Он взмахнул руками и продолжил махать, когда я снова попытался встать. – Лежите, лорд Марло! Вы еще не пришли в себя после оглушения. Упадете!
Я действительно пошатнулся, ударившись бедром о диван. Выругался, привлекши внимание нескольких благородных особ поблизости. Повисла тишина.
– Сон, он в порядке? – спросила дама, чья кожа напоминала кору тикового дерева.
Лорд Ким утвердительно поднял руку, однако подставил мне плечо. Я покачнулся, но старик был надежной опорой.
– Где стража?
– Какая стража? – непонимающе переспросил Ким.
– Мне нужно узнать, что с моими друзьями, – объяснил я. – Со мной были пятеро. Трое мужчин и две женщины. Их тоже должны были задержать.
Ким Хе Сон по-отцовски похлопал меня по плечу:
– Их наверняка разместили подобающим образом. С ними все хорошо, но им придется ждать отдельно от вас. Попробуйте передать им сообщение.
– Ждать? – огрызнулся я.
– Ну… – недоуменно моргнул старик. – Да!
– Чего ждать?
Я поковылял к двери, обращая внимание на мягкие ковры под ногами.
Ким уперся, но я оттолкнул его. Дошел, спотыкаясь, до стены, привалился к ней и остался там. Это все, на что у меня хватило сил. Колени дрожали, и я никак не мог заставить их прекратить.
– А вы разве здесь не по той же причине, что и все? Это приемная Вечного. Сюда приходят просители.
– Это не тюрьма? – спросил я.
– Парень, можешь смело уходить! – крикнул другой старик. – У тебя, в отличие от нас, еще вагон времени, а голем вызывает не по очереди. Я уже две недели жду аудиенции.
– Две недели? – парировала седовласая женщина в белом вечернем платье. – Арчибальд, я потеряла счет дням с тех пор, как прождала полтора месяца, а это было уже несколько недель назад!
– А я здесь уже почти год, – вставил еще один незнакомец.
Барон Ким склонился ко мне и сказал:
– Мы все ждем очень долго. Вечный присылает за нами голема, когда ему заблагорассудится. – Старый мандари заломил руки. – Ему нравится заставлять нас ждать.
– Я маркиза Сарматии! – объявила дама в белом, невыразительно стуча тростью по толстому ковру. – Это публичное оскорбление, говорю вам, оскорбление!
– Маркиза, а я – великий герцог Милинды, – ответил внушительного вида мужчина, лишь немного ссутуленный возрастом. – И что с того?
– Все мы здесь лорды, – дипломатично заметил барон Ким.
– Я простой торговец специями! – возразил мужчина, серое лицо которого напомнило мне старого вилика с Эмеша. – А Пардос вообще художник!
– А вы кто, незнакомец? – спросила меня маркиза Сарматии.
Убедившись, что колени перестали дрожать, я выступил вперед, лишь сейчас осознавая, что со мной нет моего меча.
– Адриан, – представился я, охлопывая карманы шинели в поисках оружия. Должно быть, забрали стражники.
Спохватившись, я вспомнил, какой эффект произвело мое представление на старого мандари, и поправился:
– Адриан Анаксандр Марло, из констелляции Виктории, с Делоса.
– Чушь! – воскликнул один из лордов. – Что такой сопляк здесь забыл?
– Фредерик, это не чушь, – ответила какая-то темнокожая женщина. – Наместники Делоса действительно Виктория, ветвь Возничего… Несколько тысячелетий назад одна имперская принцесса вышла замуж за наместника Делоса. Если дом Марло оттуда и имеет кровные связи с наместниками, то этот мальчик – пэр.
