В комнате было слишком пусто и так чертовки много места для нее одной. В какой-то момент она даже поймала себя на мысли, что соскучилась по Абаканше. Но сейчас, когда она одна, в голову отчаянно лезли картины предыдущих недель, проведенных с Дианой, боль сковывает ребра, перекрывая доступ к кислороду, Ира съеживается на кровати, утыкается лицом в подушку и плачет.
Чрагян сидит в костюмерке, обнимая себя руками, и пытается поверить в то, что Юлька ушла и её больше не будет в школе. Её и всего того, что было с ней связано. Хватает секунду, чтобы дредастую голову резко посетила мысль о данном обещании и девушка поднимается на негнущиеся ноги, понимая, что назад у нее дорог нет. Нужно решить все здесь и сейчас, иначе они просто изведут друг друга.
Шатаясь и цепляясь за все предметы попадающиеся под руку, она кое как поднимается по лестнице, проходит в общую комнату и заглядывает за открытую дверь, замечая, как Ира лежит на кровати, поджав колени к груди и тело её содрогается от рыданий. Сердце больно сжимается и ей до безумия хочется подбежать сейчас к ней, обнять и больше никогда не выпускать, но что-то внутри ставит заслоны, не позволяя сдвинутся с места, пока ослабленное тело не подводит ее, и девушку не удержавшись, непозволительно громко ударяется плечом о дверной косяк.
Голощапова резко поднимает голову и опухшими глазами смотрит на Диану, застывшую подобно статуе.
========== Небо, в котором мы тонем… ==========
Диана не может больше сдерживаться, делает несколько резких шагов в сторону Иры и ей сейчас абсолютно все равно, какой будет реакция девушки, ударит она ее, оттолкнет или позволит обнять и успокоить. Чрагян опускается на кровать и с силой притягивает к себе шатенку, чувствуя, как теплые дрожащие руки обнимают её за талию, а нос утыкается в плечо, оставляя на серой футболке мокрые пятна с разводами туши.
Она больше не хочет сдерживаться, сдается и плачет вместе с ней, понимая, что ей хочется быть слабой, рядом с родным и любимым человеком. Водит руками по спине, оставляет россыпь поцелуев в волосах и задыхается едва различимым ароматом духов, смешавшихся с табачным дымом. Не хочет отрываться.
Когда Ира успокаивается, она поднимает глаза на девушку и широко улыбается, заново изучая такие родные, острые, идеально красивые черты лица.
- Это, правда, ты? Мне не кажется? Может у меня глюки от долгих рыданий? - Голощапова смеется, не отрывая рук от своей девочки, боится, что если отпустит ее сейчас, она просто исчезнет.
- Правда я. Не глюки и не мираж. Я здесь, с тобой и никуда не собираюсь исчезать. - Будто бы прочитав мысли Иры, отвечает Чрагян, заправляя за ухо выпавшие пряди волос.
- Я скучала. - Шепчет девочка, и слова ее мелкими атомами растворяются в тишине, оседая на все незащищенные поверхности за секунду до того, как Диана сдается и накрывает губы девушки в таком долгожданном необходимом поцелуе. Обе они понимают собственную глупость и не понимают только одного, как им вообще удалось прожить столько дней друг без друга. Без этих нежных касаний и испепеляющих поцелуев.
- Неужели я, правда, была такой дурой, что позволила себе так надолго отпустить тебя? - Тихо проговаривает Ира, когда воздух в легких заканчивается и девушки ложатся на кровать, плотно прижимаясь друг к другу.
- Обе хороши. - Отвечает Чрагян. - Мне было очень плохо без тебя. - Она не перестает нежно касаться губами каждого миллиметра лица девушки, особенно долго задерживаясь на шрамике над бровью, чувствуя неровности кожи, находя это милым и крайне привлекательным.
Правы, наверное, были те, кто говорил, что влюбленный человек смотрит совсем другими глазами.
Голощапова снова тянется чуть вверх и нежно целует, перебирая пальцами непослушные дреды, чувствуя на губах привкус пряной осени и львиной дозы любви.
Они еще долго лежат в кровати, пока усталость окончательно не берет верх. Тогда Ира осторожно натягивает на них одеяло, прижимается к девушке, опуская голову на грудь и вслушиваясь в спокойный ритм бьющегося сердца, погружается в глубокий, крепкий сон, впервые за несколько дней. И чувствует себя при этом совершенно счастливой…
***
Чрагян лежит на кровати, прикрыв глаза и чувствует, как тонкие пальцы Иришки осторожно проходятся по открытым участкам кожи, вызывая мурашки. В комнате не было никого кроме них двоих и было это так чертовски непривычно, что обе находились в ожидании того, что вот-вот Юля очередным внезапным появлением заставит их подпрыгнуть на месте, или Абаканша вспомнит вдруг что-то смешное и заполнит комнату своим ослиным смехом. Но они были одни, а значит, никто не мог им помешать.
В тот момент, когда Ирину голову посещает эта мысль, она резко поднимается на локтях и нависает над Дианой, тут же опускаясь и касаясь мягких чуть приоткрытых губ, втягивая девушку в нежный, трепетный поцелуй, распаляющийся и разжигающий огонь внутри девушек с каждой секундой все сильнее.