— Теперь я буду завидовать ему ещё больше, — улыбнулся я. — Надо подать идею госпоже Диас. Она бы сияла ярче весеннего солнца, если бы Лиара занялась рукоделием. Может возьмёшься учить её?
— Лиара умеет вышивать лучше, чем я, — смущенно сказала Ялиса. — Просто не любит. Это она подсказала мне вышить узор. Говорила, что её папа был очень счастлив, когда она сделал ему такой подарок.
— Тогда надо не забыть подколоть герцога, — рассмеялся я. — Прости, что заскочил к вам всего на пару минут. Обещаю выделить вечер, чтобы прийти в гости. Может Тали захочет навестить брата.
— Дорогой супруг будет очень рад, — закивала Ялиса. — Он скучает по госпоже Наталии.
— Всё, считай, мы договорились. С вашего разрешения, — я встал, почувствовав, что Матео освободился.
— Мы будем ждать вас в гости, — сказала она.
Матео выглядел немного уставшим и невыспавшимся. От него пахло чем-то едким, вперемешку с запахом расплавленного металла. Он дожидался меня у кабинета, молча пожал руку, пропуская вперёд.
— Ялиса говорит, ты занят чем-то важным. Большой заказ?
— Заказ от гильдии. Вот, — он поднял со стола свиток. — Указ издали, что теперь я должен выполнять сначала их заказы. Ну, хоть платят…
— Слушай, ты не встречал артефакты, у которых есть собственная воля?
— Встречал пару не особенно приятных экземпляров. Тебе такой попался? — догадался он. — Неси, я его переработаю. В подставку для чайника, — он рассмеялся.
— Золотая цепочка, красная бусинка, ничего не напоминает?
— Такие не видел. Бусинка — это, наверняка, питающий кристалл. А цепочка — это модель, на которую нанесена руна. Если звеньев много… да, может быть и гадость какая-нибудь. В такие обычно загадки встраивают или проклятие. Ты цепочку в руки взял, а она человеческим голосом может заговорить.
— У меня одна подчинённая эту штуку нашла. Цепочка обычная, только с большим желанием меня убить. Главное, не кого-либо, а конкретно меня.
— Ух ты, — он подался вперёд. — Знал я умельца, что такие вещи делал, лет сто назад. Только он умер. Я ему голову, — он изобразил процесс отрывания. — А из ныне живущих таких специалистов не встречал. Ты уверен, что именно на тебя нацелен артефакт?
— Буквально вчера это намерение прочёл. А молоденькую девчонку он так перепугал, что она всю гильдию асверов на уши поставила.
— Скорее уж на рога, — рассмеялся Матео, протягивая руку. — Показывай уже.
— Показывать нечего. Артефакт исчез бесследно. Пока разобрались что к чему, кто-то его умыкнул у них из-под носа. Главное, что ты такие штуки встречал, и это не моё воображение буянит.
— Попроси у Тали пару капель крови. Она объяснит, как это работает. В случае опасности ты сможешь позвать её. Такие артефакты — это не шутка, — серьёзно сказал он. — А если мастер такого уровня хочет твоей смерти, то одним кулоном дело может не обойтись.
— Спасибо за совет… Кстати, я обещал Ялисе, что мы с Тали заглянем к тебе в гости.
— Да? Если сможешь уговорить мою сестру, с меня… — он задумался. — Вот, бутылку вина из погреба Ялисы. Можешь подарить её хоть императору. Он будет в восторге. Говорят, Вильям большой ценитель хороших вин. Или кому-нибудь другому отдай. Только тому, кто разбирается. А то знаю я тебя.
— Если ты готов расстаться с такой ценностью, то с Тали я договорюсь.
— Я ещё вина заложу в погреба в этом году. Ты знал, что сорта вин, которые становятся лучше с годами, можно пересчитать по пальцам одной руки? Обычно их можно пить уже через год. Но! — он сделал многозначительную паузу. — Через семь-десять лет я тебя угощу таким вином, что Вильям будет зеленеть от зависти.
— Договорились.
Я вынул из кармана маленькую шкатулку, больше похожую на футляр. Поставил её на стол, открыл. Матео посмотрел на неё, как девушка смотрит на склизкую жабу. В шкатулке лежал кусочек белоснежной кожи с маленькой чёрной точкой на самом краю.
— Хотел спросить, можно ли это куда-нибудь использовать?
— Чьё это? Светлобог?
— Зиралл.
— Пресветлый, — скривился Матео. Я давно понял, что Зиралл у Раван, мягко говоря, не в почёте. — Как тебе сказать, эта штука несёт его благодать. Даже если я из этого что-то сделаю, использовать такой артефакт — как каждый раз просить у него благословения. Что там простой служитель, верховный жрец Пресветлого душу продаст за такой амулет. Тебе оно надо?
— Нет, спасибо. Такого не надо. Но и выкинуть жалко…
— Жалко, — согласился он, глядя на шкатулку глазами скульптора на кусок редкого белого мрамора. — Придумал! «Символ веры» из неё сделаю. Ох, аж мурашки по коже, чтобы тебе икалось Пресветлый.
Золотые глаза Матео загорелись ещё ярче. Как в тот день, когда я открыл комнату его тети. Он осторожно закрыл шкатулку, убрав её в карман передника. — За месяц сделаю. Если маги из Совета дрянными заказами не закидают.
— Ты мне скажи, как ты с ними работаешь, если они Георга Морра в глаза не видели?
