— Да, это здравая мысль, — кровожадный взгляд исчез, и Елена вновь улыбалась, словно ничего не произошло. Но Бристл была уверена, что супруга Императора всерьёз думала о том, как перерезает горло герцогу и его сыну.
До Саморы мы дошли к позднему вечеру. Это был типичный каменный город для центральных провинций, который давно вышел за пределы невысоких стен крепости. И если вокруг было много зелени, то внутри города я не увидел ни одного деревца. Только бледно-жёлтый камень и серая черепица. Насколько я знал, в Саморе делали саму дорогую и качественную льняную ткань. Не ту, которая шла на палатки и шатры, а из которой шили одежду, к примеру, для тех же жрецов Зиралла. А ещё льняную ткань смешивали с древесной шерстью, получая одну из самых дорогих и богатых тканей империи. Здесь же её красили и вывозили в столицу.
В сам город идти таким большим отрядом смысла не было, поэтому мы остановились на окраине, немного напугав местных жителей. В том плане, что оборотни в компании полудемонов — не самые частые гости в этих краях. Ещё надо учесть количество «нелюдей», чтобы понять, насколько быстро опустел пригород. Когда же оборотни разожгли костры, обустраивая лагерь, появился наместник города в сопровождении начальника гарнизона. Вполне адекватные люди. Они интересовались, победила ли Империя, и не нужно ли выводить людей из города. Узнав, что армия иноземцев была разгромлена, несказанно обрадовались и даже предложили на радостях пополнить наши припасы еды. А вот лошадей на продажу у них не оказалось совсем. Была пара буйволов, но герцог рассудил, что одна пара нас не спасёт и только замедлит.
Пока готовился ужин, я заглянул ко второму фургону, в котором путешествовали целители.
— Привет, — я подошёл к костру, который для них разожгли оборотни. Над огнём уже висел большой покрытый копотью котелок, а несколько женщин хлопотали над корзинами с продуктами.
— Берси, — обрадовалась Клара, подошла, взяла меня под руку, подводя к парочке складных стульев, стоявших недалеко от костра. — Как себя чувствуешь?
— Берси, привет, — послышались голоса женщин. Мне показалось, обстановка вокруг немного оживилась.
— Всё хорошо, — сказал я. — Нет, нет, спасибо, мне пока кушать нельзя — у меня режим приёма зелий. Вам в фургоне не тесно? Может кто-то со мной завтра поедет?
— Нет уж, — Клара многозначительно посмотрела на меня. — Асверы и так на нас косятся, а тут прям смотрят кровожадно. Да всё нормально, пару дней потерпеть можно. Тем более, всё закончилось. Пусть и так… неожиданно. Кстати, что с тем парнем, Вигором? Он ещё жив?
— Жив, — улыбнулся я. — Лежит красный как рак варёный. Не может в себе ценное лекарство удержать, переводит его зря. Мы его в этом городе оставим. Ничего с ним не случится. Если хотите поблагодарить, у вас ещё есть время.
— Скажи, а что это было? Магия?
— Ты ведь всё прекрасно поняла, — я подобрал с земли маленькую веточку и бросил её в костёр. — Давай лучше поговорим, что мы будем делать, когда вернёмся в Виторию. Я обещал вас к делу приставить. Сразу много золота не обещаю, но со временем это будет прибыльнее, чем чистить каналы магам. И безвредно для здоровья.
— Даже не представляю, что это может быть, — улыбнулась она. К нашему разговору прислушивались, и сейчас женщины собрались вокруг. Даже Риза, которая чистила овощи, подвинулась ближе.
— Мы откроем свою гильдию. Будем делать и продавать дорогие зелья. Вроде тех, которые я давал магам герцога Блэс. Нам нужны будут несколько ферм, где мы сможем выращивать необходимые травы. А ещё лавка алхимика в столице, где будем их продавать. Только есть несколько нюансов. Во-первых, вам придётся вспоминать академический курс по травам. Во-вторых, Витория холодный и сырой город, и не любая трава растёт в таких условиях. Кому-то придётся ехать в южные и восточные провинции.
— Звучит не слишком многообещающе, — сказала Клара.
— Решайте, — сказал я. — Сейчас это всё, что я могу предложить. В любом случае, те из вас, кто решит уехать из Витории, смогут немного подзаработать. За корзинку редких трав, вот такую, — я показал на корзину с овощами в руках Ризы, — я готов платить около тысячи золотых. Неплохие деньги за пару месяцев. Нет, — я рассмеялся, уловив чьё-то намерение, — телегу, доверху набитую травами, я не куплю. По крайней мере, до тех пор, пока не будет большого спроса на зелья.
— А бароны все такие? — спросила кто-то из женщин.
— Берси, не обижайся, — быстро вставила Клара. — Ника хочет сказать, что тысяча золотых — это огромные деньги. Это больше, чем годовой доход небольшого захолустного отделения целителей.
— Что, слишком много? Хорошо, давайте по триста золотых за корзинку.
— Мы обязательно договоримся, — сказала Клара. — Ты хочешь, чтобы я занялась сбором разрешений для создания гильдии? Или планируешь самостоятельно обивать пороги имперской канцелярии?
— В этом вопросе полагаюсь на тебя.
— Отлично. Сразу же по возвращению в Виторию и займёмся. Точно не хочешь поужинать с нами? — спросила она, когда я встал.
— В другой раз. Прошу меня простить, я хочу поговорить с герцогом.
