Кларет Тебар спрыгнула со второго этажа, минуя долгий спуск по лестнице, и за пару секунд преодолела коридор, вбегая в лечебный покой. Старая травница Эвита склонилась над девушкой, лежащей на кушетке, и одним движением распорола той платье вместе с исподней рубахой. Взяв скомканные бинты, быстро вытерла следы крови, протерла рану.
— Чистый удар, — сказала Рикарда, хмуро глядя на мёртвое тело. — В сердце.
— Нож? — предположила Кларет, пытаясь отдышаться. — С кривым лезвием.
— Жреческий, — сказала глава гильдии без особых эмоций.
Эвита приподняла веко девушек, заглянула в рот, высматривая там что-то особое.
— Повтори, что произошло, — спросила Рикарда, обращаясь к Найе, которая успела наспех переодеться и сейчас пыталась справиться с ремнями куртки.
— Эта сказала, что знает, где одежда тас’хи, — Найя старательно избегала упоминания имени убитой. — Они с Берси вышли, затем он вошёл обратно. Почти сразу. В руке окровавленный нож жрицы. Такие делают у нас в деревне. Молча поднял упавшую с кровати тас’хи. Затем повернулся к девчонке из изгоев. А у него в шее кинжал в две ладони длиной. Воткнут наискось по самую рукоять. И крови нет, как у мёртвого. Он хотел, чтобы девчонка вытащила кинжал. Глупо, конечно, из раны так вынимать, но она даже не задумалась, вырвала его. Он долго кашлял, сказал, что тас’хи и изгой отравлены, затем ушёл. Да, ещё он говорил с Ивейн в коридоре.
В помещении повисла тяжёлая тишина. Кларет из рассказа поняла мало, но переспрашивать сейчас не решилась.
— Я найду девчонку из изгоев и поговорю с ней, — сказала Кларет.
— Когда кажется, что хуже быть уже не может, Фатум обязательно докажет обратное, — сказала Рикарда. — Эвита — всех своих помощниц ко мне в кабинет. И напарника этой… Жду их через пять минут. А ты, — она строго посмотрела на Найю, — идёшь со мной сейчас. И если я услышу хотя бы одно «тас’хи» или «изгой» — пеняй на себя.
Проехав в ворота усадьбы, я почувствовал облегчение. Сложно описать это чувство словами. Где-то рядом был Азм, почувствовавший моё появление и внимательно следивший за нами. На втором этаже дома Тали работала над ещё одной «особой» комнатой. Из-за дождя во дворе и на конюшнях было тихо. Аш третий день прячется от «льющейся с неба воды» в недостроенном доме. Не хочу называть «загоном» вре́менное сооружение, которое мы планировали возвести. В её представлении идеальное жилище выглядело как огромная, в два этажа высотой, гора из камней. В ней огненные псы делали пещеру, раскаляя и спекая камни, чтобы они не падали на голову. Я не совсем представлял себе весь процесс, но смог убедить её выбрать на время это жилище и не заниматься сбором камней. Даже думать не хочу, что скажут соседи и горожане, когда рядом с особняком начнёт расти каменная гора. Аш ведь всерьёз задумывалась, где ей достать строительный материал, для чего норовила отправиться на прогулку вокруг города.
Повозка остановилась рядом с парадной лестницей. Виера поспешила спрыгнуть с повозки, устанавливая подножку и открывая дверь. Такая прыть была связана с тем, что это хотел сделать парень из старшего рода. Насколько я понял, ей навязали напарника, и она не смогла или не нашла аргументы чтобы отказаться. Из-за свалившейся проблемы настроение девушки пребывало где-то на уровне: «Для твоей безопасности будет лучше меня не трогать». Милания первой вышла из повозки, чтобы успеть забрать вещи из багажного ящика позади.
— Хорошенько выспись, — сказал я Диане, которая до сих пор куталась в одеяло. — Завтра с утра почувствуешь себя лучше. Без возражений.
Выйдя под дождь, я неспешно поднялся по лестнице к двери. Встречала нас старшая горничная, появившаяся в поместье недавно стараниями мамы Иоланты. Кровь оборотня в ней была не так сильна, но характеру могли позавидовать многие чистокровные. С её появлением прислуга в доме стала проявлять большее рвение в работе. В намерениях немолодой женщины промелькнуло запоздалое желание сходить за зонтом. Она не ожидала, что я буду подниматься так медленно, и сделал пометку себе на будущее.
— С возвращением, господин Хок.
— Проводи Миланию в гостевую комнату на втором этаже. Обед? Нет, по крайней мере, не сейчас.
— Всё будет сделано, — она кивнула, совместив это с коротким поклоном.
