Резервация полностью

Вернувшись к Бамсу, я присел на один из камней, валяющихся рядом. Пистолет в правой руке, фонарик в левой, который я периодически подзаряжаю с помощью рычажка. Жаль, что не с батарейками — жужжание динамо-фонаря сильно выдаёт. Если тут обитают слепые хищники (в такой темноте зрение ни к чему), то свет им побоку, а вот звуки точно привлекут внимание.

Бамс умер через час. Пришёл в себя на несколько секунд, захрипел, забулькал… я бросился к нему, хотел помочь, что-то сделать, чтобы он не захлебнулся рвотой, но было уже поздно. Свет фонаря мазнул по открытым глазам и остановившимся зрачкам, которые уже заволокло смертной поволокой. Агония продлилась буквально несколько секунд. Может быть, и хорошо — не мучился.

— Твою-то мать-перемать!, — не сдержался я и несколько раз ударил кулаком по каменной стене платформы-столба.

Десять минут я просто сидел рядом с мертвецами. Адреналин в крови, после ожидания спасения из города пигмеев, падения в портал, страха темноты, сгорел. Накатила апатия, усталость, даже зловоние перестало мешать.

Только когда потух фонарик, удалось скинуть оцепенение. Первым делом я осмотрел карманы погибшего товарища, после чего разбогател на ещё один фонарик, небольшой тесак в стиле мачете и «травматик» с тремя патронами. С пигмея снял связку бус с почерневшими кристаллами. Вот тоже интересно, почему это с ними произошло: в связи со смертью носителя, исчерпания заложенной силы или по иной причине? А второй вопрос: смогу ли я ими воспользоваться или нет?

Фонарик товарища был получше моего — совсем небольшой, питающийся от двух толстеньких батарей, которые можно увидеть в «осе», с очень мощным дальнобойным лучом. Скорее всего, Бамс смог умыкнуть один из тактических или охотничьих подствольных фонарей. Кстати, ночью я не видел, чтобы он пользовался им. Опасался, что отберут или достался ему лишь утром?

С ярким и дальним лучом света осматривать пещеру стало намного проще. Как и заметил в самом начале, тут везде было полно костей. Больше всего человеческих и гуманоидных. От маленьких, принадлежащих детям или особо тщедушным пигмеям, до огромных, великанских.

Пролазал больше двух часов по пещере, но выхода не нашёл. Зато обнаружил нечто интересное: огромный скелет ящерицы. Если это не дракон (ну, или создание, которое можно принять за него), то я съем собственные носки!

В длину скелет был где-то тринадцать метров (измерял шагами, поэтому неточности имелись). Позвонки в самой высокой точке слегка возвышались над моей макушкой, четыре кривых лапы с полуметровыми когтями, голова с мой рост, каждый остроконечный зуб был размером с мою ладонь, причём часть из них, передних, была слегка загнута назад, челюсть занимала три четверти головы. Морда широкая, плоская и тупая, немного похожа на крокодилью. Хвост длиной почти в половину тела. Туловище плоское и широкое, рёбра толще моей руки. Поверх позвонков расположились костные пластины, прикрывающие панцирем тело дракона от атак сверху. Каждая такая пластина была толщиной сантиметров семь и в длину от тридцати сантиметров до метра. Учитывая, что это всего лишь кости, без плоти, при жизни дракон был просто огромен!

Когда я осветил огромный череп, между провалами глаз что-то блеснуло, заиграло гранями, как обломок хрусталя. Заинтересовавшись, я не поленился забраться на него и не удержался от удивлённого возгласа.

— Вот же ни… себе!

В черепе, почти полностью утопая в кости, лежал крупный кристалл. Гладкий и полупрозрачный, при свете яркого луча внутри заблестели, заиграли крошечные искорки багрового, голубого и розового цвета.

Чтобы его вытащить, я сломал кончик своего ножа и изрядно испортил мачете, покрыв скругленное острие кучей зарубок.

— А, чёрт, — зашипел я, задев ладонью обломок ножа, острой занозой торчащий из кости, когда вытаскивал интересный камень. Пришлось прижать к ране кусочек материи и сжать руку в кулак, дожидаясь, когда кровь свернётся.

Камень был похож на прибрежный голыш. Только идеально ровный и правильной формы. Прохладный, гладкий, без малейшего заусенца или грани. Внутри него переливались разноцветные искорки. Судя по ямке в черепе, камень был с ящером с самого рождения — попал ли случайно или является частью организма этих созданий, стоит выяснить.

Выбрасывать находку или убирать подальше в сторону не стал — уж слишком он похож на кристаллы в бусах шамана. Нет, не формой или цветом, а неким ореолом, аурой. Словами это тяжело объяснить, нужно почувствовать, подержать в руке один предмет, второй и сравнить ощущения.

С камнем я поспешил обратно к порталу, надеясь, что он поможет открыть проход из этой ловушки. Если бы не горы костей, то побежал бы, но в темноте с одним лишь фонариком среди рёбер и черепов легко можно было споткнуться и упасть, вывихнуть ногу или руку или что похуже — заработать перелом.