Опыт жизни в пионерских лагерях для Игоря до сих пор ограничивался пребыванием в данных учреждениях на уровне пионера, да пару раз ездил проверять санитарное состояние, а сейчас ему предстояло познакомиться с жизнью лагеря со всем с другой, ночной стороны.
Ровно в ноль часов физрук потрепал Игоря за плечо и негромко сказал:
– Вставайте сэр! Нас ждут великие дела!
После всех приключений вчерашнего дня, ночного перелета на вертолете, Игорь после купания перед ужином рухнул на койку и провалился в тяжелый сон, из которого выходить совсем не хотелось.
– Еще бы минуток шестьсот на каждый глаз поспать! – мечтательно сказал Игорь, потягиваясь на кровати.
– Сейчас мы тебя взбодрим! – пообещал физрук, наливая половину стакана водки.
Судя по ополовиненной бутылке, из которой была налита» огненная вода», физрук уже остограммился, но по его виду сие действие было совершенно незаметно.
– Ходу товарищ плаврук! Ходу! – поторопил физрук, подавая Игорю штаны.
– Форма одежды парадно-выходная? – спросил Игорь, опрокидывая в себя прозрачную жидкость с сильным сивушным запахом.
Водка была теплая и противная. Но, выпив сто грамм, Игорь почувствовал себя намного бодрее и веселей.
Три минуты быстрой ходьбы до ярко освещенной столовой и вот они на месте.
Длинный стол, вокруг которого уже сидели все вожатые и воспитатели был полон.
Едва Игорь с физруком вошли в столовую, как из-за торца стола поднялся директор и громко сказал:
– Позвольте вам представить нового плаврука лагеря – Игоря Алексеевича. Пловец, подводник, он уже вытащил катер и сегодня провел на нем первые катания детей!
– Надо больше вожатых катать! – громко крикнул молодой худощавый парень, с большим горбатым носом. На вид парню было лет девятнадцать.
– Девочек надо только катать! – громко сказала девушка, с которой Игорь летел в одном самолете.
– Если бензин дадут, то все покатаетесь! – пообещал Игорь, усаживаясь на свободное место, напротив самолетной подруги.
– Степан Ольхович! Спойте! – попросила интересная дама, сидящая справа от директора.
Физрук ни слова, не говоря, хлопнул рюмку водки, стоящей перед ним, взял гитару и медленно вышел на свободное место.– Вдоль обрыва, по над пропастью, по самому по краю
Я коней своих ногайкою стегаю
Что-то воздуху мне мало – ветер пью, туман глотаю,
– Чую с гибельным восторгом: пропадаю!
Загремел голосина физрука и все в зале притихли с обожанием смотря на доморощенного, да чего там доморощенного – профессионального! А физрук тем временем сделав очень звучный громкий, гитарный проигрыш, грянул еще громче:
Чуть помедленнее кони, чуть помедленнее!
Вы тугую не слушайте плеть!
Но что-то кони мне попались привередливые!
И дожить не успел, мне допеть не успеть!
Я коней напою, я куплет допою,
Хоть немного еще на краю постою!
Снова последовал длинный проигрыш на гитаре, во время которого физрук переместился метров на десять и теперь стоял около двери.
– Сгину я меня пушинкой ураган снесет с ладони
И в санях меня галопом повлекут, по снегу утром, —
Вы на шаг неторопливый перейдите мои кони
Хоть немного но продлите путь к последнему причалу!
Снова последовал длинный проигрыш и физрук запел:
– Мы успели к Богу в гости, не бывает опозданий!
Что ж так ангелы поют такими злыми голосами?
