На подступах к древнему колониальному форту действительно происходили некие странные, зловещие события.
Над сгоревшим лесом в воздухе парило до двух десятков подковообразных механоформ, между выступами каждого из объектов напряженно сиял, искрился небольшой плазмоид, изредка необычные аппараты стремительно приближались к одному из укреплений древнего форта и разряжали плазменные сгустки с короткой дистанции.
Рощин заметил застывший на дороге дымящийся после нескольких попаданий плазмы всепланетный вездеход. Видимо на нем Фрич, выбравшись из камеры, пытался удрать.
Вадим, облаченный в боевой скафандр, решил не рисковать — покинув боевую машину, он, пользуясь мимикрирующими свойствами экипировки, быстро добрался до интересующего его крыла укреплений, увидел распахнутую дверь, и через нее попал внутрь древнего сооружения.
Глухая, отдающая эхом очередь из «АРГ-8» послужила ему хорошим ориентиром.
— Иван?
— На связи. — Мгновенно отозвался андроид.
— Действуй, как договорились.
— Понял.
— Фрич, у меня к тебе вопрос.
Огден обернулся на голос.
Они встречались лишь раз и то в киберпространстве. К удивлению Вадима Фрич оказался сухопарым стариком, на вид ему было лет восемьдесят не меньше.
Кибрайкер в свою очередь окинул взглядом Рощина, на миг встретился взглядом с глазами Вадима, в которых читалась лишь безмерная усталость, да лихорадочный блеск, которого, по мгновенной оценке кибрайкера, стоило опасаться.
Присев на опустевший кофр из-под израсходованного боекомплекта, галакткапитан осмотрелся по сторонам.
Бронестекло выбито. Окно, больше похожее на амбразуру, оплавлено, вся пластиковая мебель — современница колониального транспорта, — сгорела, превратилась в бесформенные комья, а вот оружейные контейнеры устояли, выдержали мгновенное воздействие высоких температур.
— Когда ко мне обращаются таким уставшим тоном, я предпочитаю отвечать. — Усмехнулся кибрайкер, так и не покинув своей позиции, — механоформы могли в любой момент подняться в очередную атаку.
— Пусть мое состояние тебя не беспокоит. Я выдержу столько, сколько будет нужно.
— Не сомневаюсь. — Фрич был даже рад, что Рощин неправильно понял его иронию. Когда рядом с тобой боевой мнемоник, явно находящийся где-то на грани между нервным срывом и элементарным яростным безумием, на его вопросы нужно отвечать быстро, и не задумываясь. Иначе есть риск получить такой ментальный удар, против которого не устоит ни одна защита. Тут даже на кибермодули, уповать особо не приходилось.
— Объясни мне, почему корабль, гнавшийся за «Пенелопой» не поднял тревогу в пространстве десятого энергоуровня? Как вы проскочили систему Ожерелья?[54]
— Мы не проходили через пространство Первого Мира. — Не задумываясь, ответил Фрич.
— Поясни. — Рощин все еще задавал вопросы спокойно, сдержано.
— Все просто, капитан. — Произнес кибрайкер. — Когда я понял, что «Пенелопа» прочно подцепила «на хвост» этого инопланетного монстра, мне подумалось: Фрич, мнемоники Конфедерации тебя порвут, когда разберутся с ним. Приволочь в пространство десятого энергоуровня боевой корабль иной расы, да еще будучи кибрайкером… Знаешь мне по сути все равно, за что распнут, но тут гарантия неотвратимости наказания показалась мне двухсотпроцентной. Никто бы и разбираться не стал, плохой я или хороший, тем более что по расхожему мнению хороших кибрайкеров не бывает.
— И что ты придумал?
— Решил рискнуть. Ты не хуже меня знаешь аномалию. При погружении в гипер, до четвертого энергоуровня еще есть возможность соскочить с Вертикали, уйти на горизонтальную сетку линий напряженности. Характеристики силовой защиты «Пенелопы» позволяют проделывать подобные трюки. Рискованно, конечно, но все лучше, чем нарваться на перекрестный допрос с участием десятка мнемоников и гарантированно закончить свои дни в психушке.
— Получилось? — Холодно спросил Рощин.
— Как видишь. Но и инопланетный корабль так же сошел с Вертикали. — Думаешь, почему его так запросто раздолбали на орбитах Алексии? — Фрич нервно усмехнулся. — Пострадал он сильно, повторяя мой маневр. А преследовавшие меня истребители вообще сгорели, как спички в общем поле аномалии.
— И ты рванул на всплытие по первой же подвернувшейся Вертикали, верно?
— А что еще оставалось делать? В любой системе, куда бы нас не вышвырнула гиперсфера, еще оставался мизерный шанс выжить. Я бы уж постарался, поднапряг свои кибермодули, чтобы слепить из сигнатуры «Пенелопы» что-нибудь похожее на комету, астероид, — любое, не вызывающее подозрений космическое тело.
— А сразу ты до этого не додумался?
— Слишком быстро и внезапно они появились. Я ведь просто собирал рудоносную пыль на окраине поля астероидов. Знаешь, как это выглядело, капитан? Будто астероиды вдруг ожили, их как будто начала расшвыривать в разные стороны прущая изнутри сила.
— Постой, выходит, корабль лежал в дрейфе, в глубине поля астероидов, пока твоя «деятельность» не потревожила его?
