В лифте достаю бинт, сдираю упаковку и не разворачивая, целиком засовываю под мокрую от крови рубашку, стараясь плотно прижать к небольшому разрезу на боку из которого течет кровь. Застегиваю куртку, мельком замечаю, что она тоже пробита ножом, но крови нет, и дырка почти не видна. Левую испачканную в крови, руку, сую в карман и изнутри придерживаю-прижимаю бинт. Присев, подбираю с пола кабины разорванную упаковку.
Боли почти нет, но я уверен, что она придет позже. Надо успеть, как можно быстрее добраться до дома! Выхожу на первом этаже и выбираюсь из подъезда низко опустив голову.
Метро не мой вариант - слишком долго. Такси на улице, конечно, нет и в помине, надо идти в проспекту. Использую перекладину, как посох и довольно уверено двигаюсь к более оживленному, в транспортном отношении, проспекту Москвиной. Интересно, кто, вообще, такая эта Москвина, никогда не слышал в Питере этого адреса. Странно, что не посмотрел в инете, приду - гляну.
"Господи, что за чушь лезет в голову! Надо скорей домой, нужна машина." Выхожу на проспект и судорожно соображаю: такси не видно, стоять с поднятой рукой - гарантировано привлечь нездоровое внимание абсолютно всех вокруг.
Оглядываюсь, около небольшого синего киоска "Союзпечати" стоит небольшая очередь в три человека, но рядом припаркована чистая блестящая черная "Волга". Двигаюсь к ней и жду. Вторым от очереди отделяется молодой парень в черной ветровке и на ходу разворачивая, купленный "Труд", идет к машине.
- Извините, а вы водитель?
Парень стоя рядом с водительской дверью поднимает удивленно на меня голову:
- Да, а что ты хотел, мальчик?
- Мне очень срочно надо на Васильевский, папа дал на такси десять рублей, а машин нет, вы могли бы меня отвезти туда? Мне правда, туда срочно надо! - придаю физиономии просительное выражение "из Шрека".
Парень мгновение колеблется, потом деловито нахмурившись, смотрит на часы:
- Ну, садись... только быстро, а то я тоже спешу!
- Спасибо большое! - я осторожно забираюсь на заднее сидение.
- С палкой своей осторожнее, не поцарапай ничего...
- Я осторожно,- кладу перекладину на пол.
"Ага, спешишь ты, газетку купил почитать."- думаю я, не забывая прижимать бинт к ране.
- А что у тебя такого срочного случилось, что прям на такси разъезжать собрался?
Я уже был готов и начал рассказывать, что на выходных был у папы, они с мамой в разводе, ей надо уезжать к бабушке, а я забыл ключ, вот папа и дал денег на такси, чтобы не мама не ругалась.... бла-бла-бла...
Получалась довольно убедительно, парень покивал и интерес ко мне потерял. Дело житейское, семья в разводе, все обычно, ну, может кроме такси, но меньше "десятки" у меня денег не было, всю мелочь растратил в магазине и аптеке.
Доехали минут за двадцать, я ожидал, что мне будет становиться хуже, но нет, пока держался. Наверное, еще сказывается адреналин.
- Десятка, вроде, многовато - замялся парень - но у меня на сдачу есть только трешка...
Отказываться было бы подозрительно, и я горячо поблагодарил водилу, тот расплылся в облегченной улыбке и всучил мне "трояк", в обмен на "червонец". Видимо, этот вопрос всю дорогу не давал ему покоя.
"Мда, были люди в наше время..."
Через пять минут я закрывал за собой входную дверь в квартиру.
Сразу иду на кухню, к аптечке над воздухоочистителем. Сгребаю в постиранный полиэтиленовый пакет, который сушился над мойкой, все лекарства, имеющиеся в наличии, и тащусь в ванную. Снимаю вещи, на которых не вижу крови и отбрасываю их в сторону. Дырой в куртке тоже буду заниматься потом.
Из безнадежно испорченного: окровавленные рубашка и футболка. Пояс брюк тоже в крови и я замачиваю его в раковине. Вовремя всплывают воспоминания из прошлой жизни, и я включаю только холодную воду, чтобы кровь можно было отстирать.
Дохожу до главного - отнимаю разбухший от крови ком бинта. Вертикальный вход лезвия в моем левом боку, рана примерно три сантиметра, немного выше пояса. Все-таки в последний момент, я почти смог уклониться, а вот если бы не альпинистский карабин на руке, то был бы уже остывающим трупом, с перерезанным горлом.
Начинает потряхивать. Голый стою в ванной и аккуратно смываю кровь с раны и тела. Рана немного кровоточит, а после мытья, кровь пошла активнее. Но, видимо, крупные сосуды не задеты и внутреннего кровотечения нет. Мажу края раны йодом и, с содроганием их раздвигая, щедро сыплю стрептоцид. Делаю из нового бинта толстую "подушку" и на нее тоже сыплю стрептоцид. Прижимаю "подушку" к ране и фиксирую лейкопластырем. Поверху плотно бинтую.
Затем застирываю коричневым хозяйственным мылом пояс брюк и тащу их сушиться, благо на улице еще прохладно и батареи горячие. Следующие десять минут тщательно смываю горячей водой все следы крови в ванной и раковине, придирчиво рассматриваю результат и иду заниматься уничтожением рубашки и футболки. По уму их надо выбросить на помойку, но идти на улицу не позволяют разум и силы. Туго сворачиваю окровавленные тряпки и засовываю их в самый низ помойного ведра.
