С лица пропали все эмоции.
— Мм, нет, — я замолчала, пытаясь вспомнить, сколько еще дней до овуляции. Двадцать четыре часа? Дерьмо, у меня нет на это времени.
— Я заскочу в аптеку, — сказал Пирс, тоже взволнованный.
— Можно и на заправке купить, — предложил Дженкс.
Я напряглась.
— Я не собираюсь пользоваться чарами с заправки! — Возразила я, и Дженкс отлетел назад, смеясь. — Пирс, я уверена, что их продают в магазине в трех кварталах от церкви.
В его синих глазах появилось облегчение, когда он взглянул на меня.
— Там, где ты покупаешь мороженное для чрезвычайных ситуаций?
У меня удивленно приоткрылся рот, но потом я поняла, что он год находился в церкви в качестве призрака.
— Да, — проговорила я медленно, и задумалась, что он решил насчет Маршала. Боже, наверное, со стороны я выглядела, как шлюха. Сначала Ник, потом Кист, за ним Маршал, и теперь он, и все это за два года.
— Я заскочу туда, — сказал он твердо, в нем не было и намека на обвинение.
— Спасибо.
— Хорошо, — сказал Дженкс сварливо, уперев руки в бока. — Теперь, когда мы разобрались с детской проблемой, скажи, как ты собираешься подобраться достаточно близко к Тренту, чтобы вернуть ему статую и при этом чтобы он или Ковен не застрелили тебя? Ринн Кормель помогать не собирается. Поэтому мне пришлось самому пролететь весь путь досюда. Трент знает, что что-то происходит. На площади будет больше охраны, чем в тот раз, когда последний кандидат в президенты выступал со своей программой, чтобы разрешить вампирам голосовать.
Я повернулась к невидимой реке, оценивая, что у нас есть.
— Дэвид уже вернулся? — Спросила я, глазами ища дерево. В нашей норе в земле не хватало элементарных удобств, и дерево сейчас очень бы помогло.
Крылья Дженкса зажужжали громче.
— Нет, но он в пути.
Я кивнула головой. Мне надо, чтобы Трент и Ковен оказались там в одно время, иначе ничего не выйдет. А ФВБ будет моей нейтральной территорией.
— У нас есть все, что нужно, — сказала я, отвернувшись от них, и подтянула одеяло, чтобы не запутаться в нем. Айви недоступна, Гленн на службе, Дэвид в пути… а Пирс — здесь, чтобы помочь. Я уверена, что его инстинкт защитника лишь усилился после прошлой ночи, и я надеялась, что не вызову больше проблем, чем он сможет разрешить. Но пока я прислушивалась к ветру, шумящему в деревьях, и ощущала тепло солнца на своих ногах, все утомление и ужас прошлой ночи ушли на второй план. Если я все сделаю правильно, следующие несколько часов могут вернуть мне честь, оправдать мои убеждения… и вернуть мне свободу.
— Дженкс, — сказала я, чувствуя, как ветер поддувает под одеяло. — Кери, когда уходила, она оставила проклятие для уменьшения, что сделала для Айви?
Я посмотрела на Пирса, когда Дженкс, метнулся вверх, потом опустился вниз как солнечное йо-йо.
— Ни за что! — пронзительно выкрикнул он. — Рэйч, ты снова собираешься стать маленькой?
Поплотнее закутавшись в одеяло, я кивнула.
— Ага. Только чтобы подобраться поближе, а потом я разрушу проклятье. Это же демонское проклятье, так что его не обнаружат никакие детекторы. Пирс может донести нас в облике Тома Бенсона. Том ведь служил в ОВ. Дженкс, а ты можешь донести меня оставшуюся часть пути до Трента, а потом бум! Я отдам Тренту его статую.
— Ага, бум, только ты окажешься там голой! — воскликнул Дженкс, с него сыпалась золотая пыльца. — Перед камерами, перед парой тысяч людей.
Меня волновали ни тысячи людей, а Трент, я вздрогнула, увидев удивленное лицо Пирса.
— Новость разнесется по всей стране, — сказала я, чувствуя себя неловко под его пристальным взглядом. — Я буду во всех вечерних новостях. Поэтому Ковен не сможет убить меня или спрятать в какой-нибудь дыре. — Я посмотрела на свои грязные, замерзшие ноги, выглядывавшие из-под одеяла. — По крайней мере, в течение недели, а потом они найдут новую сенсацию, — закончила я тихо.
Боже, мама со стыда умрет, а может, и нет. Она росла в шестидесятые. Она, наверное, позвонит своим друзьям.
Пирс все еще молчал, и во мне поднялось беспокойство. У меня было много бывших парней, а теперь я предстану голой на местном телевиденье и быстро стану известна на всю страну. Но если я буду голой, может, они не станут снимать меня.
— Ты согласен с этим планом? — спросила я Пирса, ненавидя себя за то, что голос дрогнул.
Уши Пирса покраснели, и он посмотрел на меня и отвел взгляд.
— Напомни мне как-нибудь рассказать тебе о моей тете Саре, — произнес он низким голосом.
Я приподняла брови, и Пирс выдохнул, казалось, успокоив себя.
— По мне, так идеальный план. А когда ты окажешься голой перед всем городом, как ты собираешься отдать статуэтку Каламаку?
— Я думала, ты бросишь мне ее? — сказала я нерешительно, и Пирс рассмеялся.
