Гленн сильнее сжал руку, которой держал меня, и я проследила за его взглядом к тому месту, где толпа расступалась. Черные костюмы и галстуки. Это не Ковен и не Вивиан, это Оливер!
— Эта женщина моя! — закричал Оливер еще раньше, чем нашел ступеньки, его лицо покраснело, когда я шагнула вперед, у него покачивались амулеты и наручники со знаком Мебиуса, сверкающие на солнце. — Это моя юрисдикция. Она черная, изгнанная ведьма, и я не позволю ей распространять лживые слухи о коррупции в Ковене!
Я вжалась в Гленна, холодный воздух обдувал мои коленки. Все становилось сложнее.
— Сэр! — заговорила репортер, ее микрофон нацелился на Оливера, когда он нашел ступеньки. — Вы приказали Морган украсть статуэтку у мистера Каламака, чтобы с нее сняли изгнание?
Он замер на лестнице, выглядя ошеломленным.
— Конечно, нет!
Она посмотрела на свое кольцо, и я поняла, что это амулет, который продолжал светиться зеленым светом. На него были наложены чары правды. Дерьмо. Надо действовать быстро. Хорошо, что я не врала.
— Я старалась не дать демону забрать Брук, — выпалила я. — В пятницу. На закате. Вы же слышали взрыв. Да все в Цинциннати слышали его! Оливер, вы должны поверить мне. Она вызвала демона. Я сказал ей этого не делать, но она вызвала. Я пыталась спасти ее, а она приказала ему убить меня!
Амулет репортера оставался зеленым, и ее глаза засверкали. Значит, в Ковене действительно есть коррупция.
Трент вышел вперед.
— Уведите ее отсюда, — зашипел он на Оливера.
— Я пытаюсь, — ответил Оливер, и его пальцы схватили мою руку.
— Нет! — сказала я, отскочив назад, действительно испугавшись. — Я хочу надлежащий правовой процесс! — если я окажусь где угодно, кроме как в тюремной камере ФВБ, то мне либо сделают лоботомию, либо просто убьют. Услышав это, Трент улыбнулся, вот ублюдок.
Репортер подняла микрофон выше, покраснев.
— Мистер лидер Ковена, действительно ли члена Ковена похитил демон, когда тот пытался наслать его на Морган?
Оливер замялся. И проиграл. Неважно, правда это была или нет, но он выглядел виновным. Гладко, как шелк, Трент шагнул вперед.
— Уверен, лидер Ковена даст вам надлежащие объяснения в свое время. — Повернувшись спиной к толпе, он прошипел, — может, уведете ее уже отсюда?
Оливер потащил меня, и я сильнее прижалась к Гленну.
— Я не хотела это делать! — завизжала я. — Я не хотела вламываться в хранилище Трента. Пусть меня посадят в тюрьму, только не отдавайте меня Ковену. Они засадят меня в Алькатрас без суда. Они послали фэйри сжечь мою церковь. И они вызвали демона, чтобы убить меня!
И, конечно же, амулет журналистки оставался замечательного, прекрасного зеленого цвета. Ее глаза сверкали, и она привстала на цыпочки, подняв микрофон над головой.
— Сэр! Есть ли какая-нибудь связь между заявлением мисс Морган о нападении и звонком в 911 по адресу Низины, Оакстаф 1597 вчера утром?
Глядя невинно, как ягненок, он ответил с запинкой:
— Я не знал о взрыве.
Ее кольцо пылало красным. Опустив голову, Трент стал отступать. Во мне проснулась надежда. Оливер врал, и репортер знала это.
— Сэр, является ли политикой Ковена нанимать людей для устранения изгнанных личностей? — настаивала она, как будто учуяв кровь. — Вы заставили Морган украсть для вас эту вещь, чтобы она смогла избежать такого наказания?
— Мм… — он замолчал, затем выкрикнул, — я беру ее под свою охрану. Она ведьма, использующая черную магию! Смотрите, у меня есть документы.
Дерьмо. Я совсем забыла, что Ковен любит подобную бумажную волокиту не меньше Дэвида.
— Гленн, — позвала я, очень испугавшись, — не позволяй им забрать меня. Пожалуйста!
Но он лишь тяжело дышал, и покрасневший Оливер вручил ему бумаги. Черт побери, я не собираюсь умирать из-за кучки бумажек.
— Мм, Рэйчел… — произнес Гленн, его лицо было встревоженным, когда он поднял глаза от документов. — У нас могут возникнуть проблемы с ними.
— Гленн, — прошептала я, колени начали дрожать. — Они убьют меня! Не позволяй им увести меня!
Оливер довольно выдохнул. Такого не могло произойти. Просто не могло!
Как во сне я услышала, как Гленн пообещал, что вытащит меня, но уже было не важно. Через пять минут я буду в фургоне Ковена, накачанная наркотиками. Спустя час я уже буду на операционном столе.
Кто-то взял меня за локоть и потащил к лестнице.
— Нет! — закричала я, и толпа среагировала. В панике я выдернула руку у Оливера. Но еще трое схватили меня. Я боролась, но они одолели меня количеством, и я неуклюже упала на пол, ведь мои руки были закованы за спиной этим дурацким зачарованным серебром. От удара потекли слезы, и воздух вырвался из легких, когда один из них уселся на меня.
— Рэйч! — завопил Дженкс, в дюйме от моего лица, оказавшись почти под чьим-то ботинком. — Пирс сказал, что он извиняется! Но он не может позволить Ковену забрать тебя!
Внутри все оборвалось. Все кончено. Пирс сейчас что-нибудь вытворит. И это будет мощным, прекрасным и окончательно поджарит мою задницу, заклеймив меня черной ведьмой навеки.
